При входе неожиданных посетителей лорд Кроуфорд с видимой досадой отложил в сторону рукопись и спросил на своем родном языке:
— Зачем я вам опять понадобился?
На это Меченый, пожалуй, с бо́льшим почтением, чем он выказал бы самому Людовику, подробно объяснил затруднительное положение своего племянника, заключив свою речь просьбой о заступничестве. Лорд Кроуфорд внимательно его выслушал. Он добродушно улыбнулся наивности юноши, бросившегося на помощь повешенному, и озабоченно покачал головой, когда узнал о стычке шотландских стрелков со стражей прево.
— Когда же вы, наконец, перестанете ввязываться в подобные истории?! — рассердился он. — Сколько раз мне повторять, в особенности тебе, Людовик Лесли, и тебе, Арчи Кеннингам, что солдат на чужой стороне должен вести себя скромно и прилично, если он не хочет переполошить всех собак во дворе. Впрочем, уж если вы не можете жить без ссор, то, во всяком случае, лучше поссориться с этим негодяем прево, чем с кем-нибудь другим. На этот раз я даже не стану бранить тебя, Людовик, ибо с твоей стороны было вполне естественно вступиться за родственника. Мы не дадим молодца в обиду. Подайте-ка мне ваши списки, вон с той полки, и мы сейчас же впишем туда его имя, чтобы он мог пользоваться нашими привилегиями.
— Позвольте вам сказать, ваша милость… — начал было Дорвард.
— Да ты с ума сошел, братец! — перебил его дядя. — Как ты смеешь заговаривать с его милостью?
— Не горячись, Людовик, — остановил его лорд Кроуфорд. — Послушаем, что он скажет.
— Всего два слова, не в обиду будь сказано вашей милости, — ответил Квентин. — Я уже говорил дяде, что я сомневался, поступать ли мне в вашу гвардию. Теперь же, после того как я увидел благородного и опытного начальника, под командой которого мне придется служить, у меня нет больше сомнений. Я твердо решил стать в ряды шотландских стрелков, потому что вы мне внушили доверие.
— Хорошо сказано, дружок, — засмеялся старый лорд, польщенный комплиментом. — Правда твоя: опытность у меня есть, и, става богу, я, кажется, умею ею пользоваться и как подчиненный и как вождь моей дружины… Ну, вот, Квентин, ты и внесен в списки шотландской королевской гвардии. Ты назначен оруженосцем к твоему дяде, и теперь он твой прямой начальник. Надеюсь, ты будешь вести себя хорошо. Из тебя выйдет славный солдат, если верить твоей наружности. А ты, Людовик, пригляди, чтобы твой племянник поусерднее занялся военными упражнениями, ибо на днях, может быть, нам придется скрестить копья и мечи с врагом.
— Клянусь мечом, славная весть, милорд!.. Долгий мир способен всех нас сделать трусами. Я и сам чувствую, что совсем размяк в этой проклятой клетке.
— Ну, уж так и быть, послушай, что птичка пропела мне на ухо: «Скоро в поле развернутся наши старые знамена».
— За эту песенку я нынче же выпью лишнюю чарку, милорд! — воскликнул Людовик Меченый.
— Кажется, ты непрочь выпить и без всякой песенки, братец, — заметил на это лорд Кроуфорд. — Берегись, Людовик: боюсь я, как бы тебе не пришлось когда-нибудь выпить другую и более горькую чашу твоего собственного приготовления.
Несколько смущенный этим замечанием, Лесли пробормотал, что вот уже несколько дней, как он не притрагивался к вину, но ведь милорду известен обычай дружины спрыскивать вступление в ее ряды нового товарища.
— Правда твоя: я об этом совсем позабыл, — сказал старый вождь. — Я сам пришлю вам несколько стоп вина на подмогу… Но чтобы к закату, все было кончено, слышите! Да смотрите: сегодня послать в караул людей понадежнее и уж, во всяком случае, не участников вашей пирушки.
— Приказания милорда будут исполнены в точности, — ответил Лесли. — Мы не забудем выпить и за ваше здоровье, милорд.
— Может быть, я и сам к вам зайду, — сказал лорд Кроуфорд, — так, на минутку, посмотреть, все ли у вас в порядке.
— Милорд для нас всегда дорогой гость, — ответил Лесли, и вся компания вышла в самом веселом расположении духа, чтобы приготовиться к предстоящему пиру, на который Лесли пригласил человек двадцать товарищей, обыкновенно обедавших с ним за одним столом.
Солдатские пирушки незатейливы: была бы выпивка да закуска, больше ничего и не нужно. Но на этот раз Меченый позаботился раздобыть вина получше, пояснив собутыльникам, что старик тоже не упускает случая выпить, хоть и любит проповедывать воздержание.