ВОПРОС: А не мог бы и Майкл Мэдсен рассказать о своем участии в «Бешеных псах»?
МЭДСЕН: Я прочитал сценарий. И подумал, что такой материал, как принято говорить, на дороге не валяется, и изъявил желание встретиться с Квентином и поучаствовать. Но вот репетиции — это то, во что я, надо признаться, никогда не верил, пока не поработал с Харви. Он на самом деле убедил меня в их пользе и еще в том, что мы немало выуживаем для себя во время репетиций. Когда мы переходим к съемкам, все уже должно быть тип-топ.
ВОПРОС: Вы играете своего героя как психопата, да?
МЭДСЕН: Да нет. Когда мне было лет девять или десять от роду, я видел «Белую жару» с Джеймсом Кегни. Там есть сцена, где он забрасывает парня в багажник и спрашивает, не душновато ли тому внутри. После, чего простреливает пару дыр в крышке багажника, продолжая при этом поглощать жареную курятину. Это придавало колорит тому, что он делал, и было очень выразительным противопоставлением. Это вставило меня на всю жизнь, и я помнил об этом, играя Мистера Блондина. Я думаю, назвать его психопатом было бы слишком просто. Этот парень был просто в обстоятельствах, которые не позволяли ему поступать иначе. ( Смех).
БУШЕМИ: Всего только еще одна непонятая душа.
ВОПРОС: Что означает название «Бешеные псы»?
ТАРАНТИНО: Забавно, но я не отвечу на этот вопрос. И причина, по которой я на него не отвечу, состоит в том, что это название призвано создавать настроение, ничего больше. Просто верное название, просто суть фильма, и не спрашивайте меня почему. Но основная причина, по которой я не настаиваю на его уточнении, в том, что я на самом деле верю: окончательно это определит зритель. В художественных фильмах, я полагаю, процентов двадцать этой самой художественности привносит публика. Люди приходят ко мне и говорят, что, по их мнению, оно означает. И я постоянно поражаюсь их творческой мощи и прозорливости. Я считаю то, с чем они приходят, правильным. Они на сто процентов правы.
БУШЕМИ: Скажи им определение Лоуренса Тирни.
ТАРАНТИНО: Когда мы делали фильм, один журналист из Западной Германии напросился на интервью к Джо, то есть к Лоуренсу Тирни. Ну и сделал это интервью с ним. Каждый из нас мог справиться с этим дерьмом, но он навалился на Тирни. И вот они сидят в трейлере — и Стив Бушеми там же, — и журналист спрашивает ( имитирует немецкий акцент): «Так в чьём ше смысл насфания „Резервуарные псы“?» И Лоуренс Тирни отвечает ( имитирует громовой бас): «Ну, знаете ли, „Резервуарные псы“ — это очень известное выражение в Америке: так называют собак, зависающих около резервуаров». ( Смех).
ВОПРОС: Вопрос актерам. Трудно было найти способ существования в истории с таким широким диапазоном, где кровавые натуралистические сцены соседствуют с абсолютно наивными и даже откровенно глуповатыми?
РОТ: На самом деле они ничем не отличаются. Все они — единое целое. Квентин говорит о написанном в юмористической манере, и, я думаю, это совершенно верно. Но это кажется и очень смешным, и чрезвычайно шокирующим одновременно.
МЭДСЕН: Думаю, это было что-то вроде «Последнего танго в Париже»: люди хотят заняться любовью, но при этом даже не знают друг друга. По-моему, что-то наподобие этого.
БУШЕМИ: Я просто пытался играть все в одной манере. Когда я прочитал сценарий, я смеялся, потому что, вне всякого сомнения, написанное было смешным. Я не рассматривал это как набор отдельных шуток, понимаете? Но я был уверен, что, если просто играть по написанному, уже будет смешно. Я имею в виду, что эти ребята настолько отличны друг от друга, что, стоит просто собрать их в одном помещении — и комедия готова.
ВОПРОС: Могли бы вы рассказать о сценарии, который вы пишете для Джона Ву? Это удивительная комбинация.
ТАРАНТИНО: Спасибо, что поставили меня в один ряд с таким человеком. Это легендарная личность. Он делает лучшие боевики после Серджо Леоне. Он вдохнул новую жизнь в этот жанр — там, в Гонконге. И для меня было большой честью встретиться с ним. Он мне действительно очень нравится, и именно к нему я пришел с хорошим сюжетом. Написание полноценного экшн-сценария было бы по-настоящему тяжким трудом и заняло бы у меня немало времени — тем самым я бы оказал плохую услугу Джону Ву. Но я пришел с интересной историей, которая могла захватить его. По правде говоря, я очень заинтересован в сотрудничестве. Думаю, я мало что могу дать ему, но он мог бы научить меня многому. Также я бы мог взять на себя ответственность за перенос Джона Ву на американский рынок, так сказать, неотфильтрованным. Не половинчатого Джона Ву или Джона Ву для американского зрителя, но настоящего Джона Ву для людей, которые его любят, — того Джона Ву, каким он сам хочет быть.
ВОПРОС: Почему в «Бешеных псах» нет женских персонажей?
ТАРАНТИНО: Тут дело в структуре фильма. При том стечении обстоятельств, о котором идет речь в картине, женщинам просто неоткуда взяться. Подобно тому, как нет их на субмарине в фильме «Подлодка». Нет, это не значит, что их вообще не существует! Просто в этой ситуации Джо не стал бы нанимать женщин в банду, вот и все. Он не стал бы делать этого. Вот в сценарии, который я сейчас пишу, женский персонаж является, пожалуй, лучшим из всех. Этим персонажем я горжусь.
ВОПРОС: Есть ли проблема в том, что некоторые зрители не понимают юмора «Бешеных псов»?
ТАРАНТИНО: Я смотрел фильм в зале, где зрители даже и не думали смеяться. Это больно. Это действительно проблема. Где-то в конце — на последнем получасе фильма — они кое-что стали ухватывать, но при этом все равно не понимали, следует ли им смеяться. Они не позволили себе рассмеяться даже в тех местах, где понимали и чувствовали нечто действительно смешное. Это что-то сверхъестественное. Я смотрел фильм вместе с ними и думал: «Им не понравилось. Совсем не понравилось». А после просмотра они вдруг говорят: «Это было восхитительно! Потрясающе!»
Но мы ведь говорим сейчас о юморе, не так ли?
Как бы то ни было, этот фильм действительно не для каждого. Я сделал его для себя — и пригласил посмотреть всех. Но я был бы глупцом, надеясь, что все его поймут. Девять из десяти человек в Америке не собираются смотреть этот фильм. Однако бюджет «Бешеных псов» настолько невелик, что, я думаю, фильм свое возьмет. Даже до начала широкого проката. И люди, которые вложили в него деньги, с лихвой возвратят их после показа по всему миру. Поскольку, как мне кажется, «Бешеные псы» — это триумф, потому как люди, которые поставили на меня, уже огребли свое лопатами.