— А… — сглатываю.
Я не хочу видеть кровавое шоу, тем более с участием живых людей, которые стали почти близкими. Но я отчаянно хочу увидеть Алису. И Техника… Антона. Мы сдружились с ним на фоне общей безысходности. Он был тихим, умным парнем.
— Пойдём, — Мастер поднимается, не дожидаясь моего ответа, протягивая мне руку. — Скоро начало.
Мы выходим в коридор и спускаемся ещё ниже, на следующий цокольный этаж. Входим в комнату с массивной стальной дверью. Глухой щелчок замка звучит как приговор.
Это не просто комната… Помещение напоминает звукоизолированную студию.
— Добро пожаловать в сердце Эдема, — произносит Мастер, остановившись позади меня и касаясь кончиками пальцев шеи в том месте, где бешено стучит пульс.
Но сейчас мне не до его обжигающих прикосновений. Я бегаю глазами по помещению. Это не сердце Эдема. Это центральная точка обители зла. Место, где решаются судьбы и выносятся приговоры. Страшно смотреть на Эдем с его изнанки.
Голубоватые блики десятков мониторов пронзают мрак. На этих экранах вся жизнь Эдема. Наши спальни, столовая, коридоры, терраса. Всё, даже ванные комнаты. На нескольких экранах схемы, карты, телеметрия. В центре огромный изогнутый стол с сенсорной панелью и несколько кожаных кресел. Пахнет озоном, холодным металлом и безграничной властью.
Мастер втягивает запах моих волос у шеи, словно пожирая исходящий от меня ужас, и отходит к столу. Он проводит пальцами по панели, и на главном экране появляется изображение леса, окутанного туманом.
— Присаживайся, — кивает мне на кресло рядом с собой, и сам садится во главе стола, приняв вальяжную позу.
Мастер надевает гарнитуру и настраивает микрофоны.
— Не вставай, не шуми, не отвлекай меня. Просто смотри. Это будет эпичное шоу. Три минуты до начала трансляции, — я не сразу понимаю, что последнюю фразу он говорит уже не мне, а в гарнитуру.
Боже, сколько же людей было задействовано в этом смертельном шоу?
— Охотники, на старт, — продолжает командовать Мастер. — Камеру на центральную точку.
Он с отточенными движениями проводит рукой по панели, и я вижу оставшихся игроков. Тень, Майор, Доктор, Алиса, Техник и, конечно, сумасшедшая Рейчел. Они стоят лицом к лесу, ещё не видя, что сзади к ним приближаются охранники. С десяток мужчин в камуфляже и в балаклавах, с автоматами наперевес.
Меня среди них нет. Хотя могла бы быть… Но даже здесь, по ту сторону игры, в качестве наблюдателя, я покрываюсь холодным потом. Хочется сбежать. Я никогда не страдала клаустрофобией, но сейчас стены комнаты словно сжимаются, давя на меня. Дыхание перехватывает. Я не хочу этого видеть. Я не хочу быть соучастницей жестокого уничтожения людей.
— Крупный план на игроков! — Мастер отдает команды в гарнитуру. — Мне нужны их лица и эмоции!
Я смотрю только на подругу. Камера сфокусировалась на её лице, искажённом ужасом. Она смотрит на Тень, словно ища в нём защиты. И сейчас мне кажется, что это хорошо, что ей есть на кого опереться. Раньше, когда я не видела Эдем с этой стороны, её союз с Тенью казался мне предательством. Теперь я понимаю, что это был выбор без выбора. Как и у меня.
— Полная готовность. Начинаем обратный отсчёт, — продолжает руководить Мастер.
Его поза изменилась: плечи расправились, дыхание стало глубже, а серые глаза горят в отсветах экранов. Его губы растягиваются в улыбке, он предвкушает игру. Он настоящий одержимый маньяк. Завтра Мастер с таким же наслаждением будет управлять и моей судьбой, наслаждаясь моей смертью.
Раздается щелчок.
— Добрый день, игроки, — его голос, усиленный динамиками, звучит в лесу.
Игроки замерли, прислушиваясь. Алиса вздрогнула, услышав голос Мастера. Совсем недавно так же вздрагивала и я. Страх перед неизвестностью…
И я уже не знаю, что лучше: быть там, в игре, или здесь наблюдать со стороны и осознавать, что это кровавое шоу вводит Мастера в азарт, в больной, ни с чем не сравнимый экстаз.
Глава 7
Яна
Он показал мне отвратительное реалити. Самое ужасное было в том, что правила, которые Мастер оглашал перед игрой, оказывались фикцией. Он менял их по своему усмотрению, не следуя даже собственному сценарию. Мастер импровизировал на ходу. Он видел в камерах слабости игроков и играл на их страхах. Честности в этой игре не существует. Нельзя следовать правилам и выиграть.