А тут был как раз такой случай. Его контракт на серию квестов с этой фирмой под вычурным названием «Ноу-хау» не вызывал каких-либо сомнений или отрицательных ожиданий – его, Вампира Белковского, по сути дела, просто арендовали вместе с павильонами, полигоном и коллективом для реализации собственных сценариев. За хорошие, даже, чересчур хорошие деньги. Ну и ладно! За ваши деньги – любые ваши прихоти. Но последнее требование их представителя Белковского не то, чтобы насторожило, но заинтересовало: привести к финальному квесту совершенно конкретных персоналий без учета каких-либо предыдущих достижений. Это выбивалось из накатанной колеи.
А им-то какой от этого профит? Все доходы от участников, интернет-трансляций и тотализаторов идут нам! Ну запустили бы сразу, кого хотели без предисловий… А устраивать с нашей помощью цветистое шоу без рубля прибыли? Какая-то метафизика! Впрочем, хозяин - барин, а «Немыслимому» от этих странностей одни только плюсы. Даа! Но ведь устраивали же мы эксклюзивную охоту на голографических монстров тому нуворишу, разжиревшему на поставках Бог знает чего? Но с ним все понятно, как говорится, деньги жгут ляжку. А здесь что-то другое, какой-то скрытый интерес нам неведомый. «Мертвый город»… Название удачное – завораживает и настораживает. Лишь бы не было отрицательных побочных эффектов… Впрочем, мы не контролируем процесс, но за его последствия и не отвечаем. Пусть будет так!
Белковский вызвал ответственного за рекламу. В кабинет расхлябанной, манерной походкой вошел молодой парень. Его все звали Лёлик, и, несмотря на ответственную должность в компании, он не обижался, откликался – видимо его устраивало такое обращение. На нем был обтягивающий джинсовый костюмчик «унисекс», в ухо было впаяно колечко, а веки слегка подкрашены. Отчетливый гомосексуалист по внешности. Так оно и было. Вампир Белковский по жизни не особо жаловал представителей этой сексуальной субкультуры, но на работе не обращал внимания на побочные странности сотрудников – лишь бы пользу приносил. А Лелик являлся профессионалом высокой пробы.
- Послушай Лёлик, - сказал Белковский, приглашая его присесть в кресло, стоящее рядом с лимонным деревом в кадке. – Есть у нас такая девушка Ксения Привалова. Только что квест-тест прошла.
- Ну и что? – спросил рекламщик, плюхнувшись в кресло и закинув ногу на ногу. – Вы же знаете мое отношение к девушкам.
- От тебя и не требуется к ней каких-либо отношений, в смысле, сношений. – Белковский криво усмехнулся. – Но она «Крипту» с бонусом по времени прошла. – Вот взгляни. - Он ткнул несколько раз в настольный пульт управления, и на плазменном экране появилось изображение, где Ксения ковырялась с дверной ручкой, – здесь она уложилась впритык, но ведь этот эпизод только один из десяти претендентов проходит, а вот дальше… - Он прокрутил еще несколько фрагментов с Ксенией. – Класс! Соображалка у девицы работает отменно. Не раздумывая юрк в кроватку – и фенита ля комедия.
- Может у нее это профессиональное, в смысле, в кровать юркать, - хмыкнул Лёлик.
- Шутить будешь со своими плейбоями, - одернул его Белковский. – А эту возьмешь на карандаш. И внешность у нее подходящая. Душещипательная особь. Используешь ее в рекламных роликах и … У нас намечаются новые проекты, да ты знаешь. Будешь ее туда персонально приглашать, предварительно хорошенько раскрутив: всякие фотосессии в полунеглиже... Сделаем из нее звезду подиума, в смысле, «Немыслимого». Редкий экземпляр. Мозги и внешность в одном флаконе не часто встречаются.
- Она попадает в финал «Мертвого города»? – поинтересовался Лёлик.
- К сожалению, нет – причуды заказчика. – Вампир Белковский недовольно цыкнул зубом. По-вампирски. - Все, иди, работай.
«А жаль, что не попадает», - подумал Белковский, когда рекламщик ушел. – «У нее, наверняка, завелась бы куча поклонников. Надо на нашем сайте опрос организовать… Да Лёлик лучше сообразит, что с ней делать. Наш паровоз вперед летит…», - мысленно пропел он. – «Лишь бы не было аварийных остановок, лишь бы не было отрицательных побочных эффектов...».
А они возникли. И очень неожиданные эффекты.