- А ты не завидуй, мачо, - зло отреагировал Самурай. - Может быть, ты в этих игрищах мачо, а в постели вовсе и не мачо. И не Лука Мудищев. А женщины это чуют. Так ведь, Ксю?
- Ну... - Ксю несколько замялась. - Слушай, Тайгер, а почему ты решил, что я тебе что-то должна? Я шлюха, как и все женщины шлюхи, пока не найдут постоянного мужчину. Просто одни это давят в себе в силу общественной морали, а другие плюют на нее. А какая здесь мораль - здесь свобода. Сначала ты меня привлекал, а теперь вот Самурай. А потом еще кто-нибудь привлечет. Какие проблемы? Прожуй, перевари и так далее. А то врываешься ночью, сцены ревности устраиваешь...
- Как влюбленный юноша, изнуренный ночными поллюциями, - поддержал ее Самурай. - Головку в речку окуни, обе головки, и успокойся. Вон Пума у нас свободная. Пользуйся, пока не заняли.
- А я не против. - Пума сверкнула глазами в сторону Ксю.
Тайгер побледнел, постоял некоторое время, покусывая губы, потом неожиданно подскочил к Самураю и врезал ему справа в челюсть. Тот пошатнулся, но устоял на ногах. Тайгер хотел ударить еще, но не успел, получив болезненный пинок в колено и удар в шею растопыренными пальцами. Он присел и закашлялся. Самурай был отменным рукопашником и уже занес ногу для завершающего удара, что для Тайгера могло закончиться очень печально, но между ними неожиданно встал Странник, своим могучим телом перекрыв возможность продолжить спонтанную драку.
- Господа! - театрально произнес он. - Даже бабуины в стае дерутся по правилам, когда выясняют отношения по поводу спорной самки. И спорная самка становится призовой самкой. Вот Ксю и есть призовая самка, а вы есть два альфа-самца, стремящиеся к доминированию. Все по старику Дарвину. А мы все-таки не бабуины и даже не австралопитеки. Давайте установим правила и продолжите. Допустим, в форме боя гладиаторов. Аве Цезарь! Моритер те салютант!
- А что, бой гладиаторов красивое зрелище, - подал голос Атомик. - Хлеба и зрелищ. Жратва пока есть, а вот зрелища, похоже, закончились.
- Насчет зрелищ это ты у нас мастер, - не преминула вставить ремарку Пума.
- Это в прошлом, - не моргнув глазом парировал Атомик. - Вот и пусть дерутся по гладиаторским правилам. Как там... " За четыре дня до ноябрьских ид 675 года римской эры, в правление консулов Публия Сервилия Вотия Изаврийского и Аппия Клавдия Пульхра, Рим с самого восхода солнца кишел народом, со всех концов города направлявшимся к большому цирку...".-
- Долго заучивал? - спросила Пума. - И все правила гладиаторские знаешь?
- С детства помню. "Спартак" - любимая книга была. Могу продолжить. "Из узких извилистых переулков плебейских кварталов Эсквилина и Субурры толпами валили люди всякого сословия и рассыпались по главным улицам – Таберноле, Фигуле и другим, которые вели к цирку".
- Бурные аплодисменты. Да ты прямо Цицерон, - усмехнулся Странник. - Тебя про правила спросили.
-А какие там правила... - Атомик на несколько секунд задумался. - Нужна арена, палец вверх-вниз, добить или пощадить побежденного, ну и соответствующее оружие. Допустим, Мирмильон и Рециарий. Мирмильон - круглый щит и короткий меч, а Рециарий - трезубец и сеть. Латы не обязательно да и где мы их найдем, хотя, можно использовать бронежилеты, по желанию. А остальное можно заменить сопутствующими суррогатами. Вилы и какая-нибудь сетка у Платона в усадьбе найдется, вместо меча вот этот тесак, - Он вытащил и подкинул на руке десантный нож. - А щит...
- Да вот он! Крышка от того мусорного бака. А чего? Круглый и по размеру подходит, - включилась в разговор Пума.
- И арена есть, - продолжил Атомик. - Я в парке фонтан приметил. От фонтана осталась одна ржавая труба, а сам бассейн с бортиками цел. Чем не арена? Начинаем завтра в полдень. Если гладиаторы согласны, то могут идти и готовиться к бою. - Тайгер и Самурай молча кивнули. - Остальные, я думаю, не против такого красивого зрелища.
- А я как будто не причем. - Ксю обиженно фыркнула.
- Ты призовая самка и права голоса не имеешь, - с усмешкой проговорила Пума.
- Оружие распределяем по жребию. Орел - Мирмильон, решка - Рециарий. Ты что выбираешь? - Атомик посмотрел на Тайгера.
- Я первый.Бросай!
Монета полетела в воздух, упала, запрыгала по асфальту, и Атомик придавил ее пыльным берцем. Жребий был брошен. И в прямом и в переносном смысле.
После неудачной женитьбы Найденов все чаще думал о Боге. Нет, он не причислял себя ни к какой религиозной конфессии, считая это разновидностью шоу-бизнеса, в коем хорошо разбирался, хотя и не отрицал благотворное влияние церкви на часть населения. Но в самого Бога он верил, в создателя, демиурга, который создал человека и дал ему социальную инструкцию в виде священного писания, где под поздними нагромождениями прослеживалась Божья воля. А о Создателе он думал в связи с понятием справедливости.