"Ночью куда плывем? Зачем? А где Ризи?"
Сил подняться на ноги не было. Ник прижался плечом к фальшборту и закрыл глаза.
Голова немного прояснилась на ветерке. Пришла Шилла, сунула в руку кружку. Запах отличного кофе ударил по ноздрям.
-Ты что-нибудь помнишь!
Она говорила громко, чтобы перекрыть звук мотора.
-Угощали...выпивали...
Ник прихлебывал живительный напиток и с каждым глотком приходил в чувство.
-Тебя нельзя оставлять без присмотра, Ник!
-А где Ризи? Куда мы плывем?
-Сейчас спросим у этого поганца!
Человек на палубе глухо охнул.
Когда Шилла включила фонарик, Ник увидел связанного с кляпом во рту небритого субъекта в рваной рубахе.
Шилла сунула субъекту под нос лезвие кинжала. Налитые кровью глаза мужчины съехали к переносице.
-Говорить будешь!?
Пленник быстро закивал.
Шилла выдернула комок грязной тряпки из его рта и кольнула слегка кинжалом в бок.
Пленник выгнулся дугой и заверещал.
-Шилла, зачем ты так?!
-Это для смазки языка! А ну повтори скотина, то, что мне рассказал! - Заорала Шилла, схватив пленника за грязную шевелюру и прижимая клинок к потной шее.
Капитан Педро обожал рыбную ловлю, но не ту на которую надобно брать сеть или удочки с коробкой червей.
Нанюхавшись " радостного порошка ",Педро брал в лодку понравившуюся девку, двух крепких парней и фонарь. В северной бухте имелось укромное местечко у зарослей подмытых деревьев.
Зажигался фонарь, девку раздевали, ставили на колени, а потом голову засовывали в воду. Чтобы не вынырнула раньше срока, девку в воде держали подручные, а Педро имел ее сзади. Суть развлечения в том, что когда девка начинала захлебываться и биться в судорогах, Педро испытывал необычайные блаженные ощущения. Когда Педро заканчивал, девку вытаскивали из воды и откачивали, если успевали...
В эту ночь Педро отправился в северную бухту, прихватив с собой Ризи.
От этого сбивчивого рассказа Ник окончательно пришел в себя и завопил, заглушая движок.
-Где мой карабин?! Нет, лучше автомат! Где? Когда?! Когда они уплыли?! Шилла, какого черта ты возилась со мной?! Есть ли время?
-Время есть, дорогой. Возьми себя в руки!
-Шилла, это я виноват! Я!
-Заткнись и не раскисай!-рявкнула "шоколадка".
Пленник указал путь и Диджи врубил фонарь на рубке. Ржавые громадины брошенных кораблей, словно лабиринт и без проводника было бы трудно найти нужное место. К счастью далеко плыть не потребовалось. Обогнув очередную ржавую посудину, вышли на чистую воду у самого берега, а через несколько минут сквозь заросли замаячил бледный свет фонаря. Огибая притопленные черные коряги, баркас выскочил в бухту. Черная лодка закачалась на волне. В ней только фонарь на задней скамье. Никого...
Обливаясь потом и покрываясь мурашками одновременно , Ник закричал:
-Ризи! Ризи, это мы! Где ты?! Да заглуши ты этот мотор!
В наступившей тишине баркас двигался по инерции и через минуту приблизился к лодке.
-Ризи!
-Это ты, милый?
Из-за борта лодки появилась голова, облепленная мокрыми прядями.
Ризи щурилась на свет фонаря, бледная, несчастная....
Ник немедленно спрыгнул в воду и через несколько тягучих мгновений обнял жену. Ризи судорожно вцепилась в Ника и тому пришлось ухватиться рукой за борт лодки.
-Ты в порядке? Тебя не обидели? Как ты, милая?
-Заканчивайте купание и полезайте на борт! - рявкнула сверху Шилла, перегнувшись через борт баркаса.
Закутанная в одеяло, Ризи отхлебывала кофе и рассказывала о том, как ее похитили и привезли в эту бухточку, как сорвали одежду, несмотря на сопротивление ...Ник, сидел рядом и обнимал жену за плечи, обмирая от ее рассказа и наливаясь злобой.
-Они хотели меня изнасиловать, я это сразу поняла. Когда вытащили кляп, я стала кричать, и меня с лодки сунули в воду. Головой вниз...Я...я была в ужасе! У меня не было воздуха! Тут что-то так сильно дернуло меня за волосы...Мерзавцы меня не удержали и попадали следом...Я упала за борт и наглоталась воды, а когда выплыла, никого рядом не оказалось...Я боялась плавать в воде, но еще больше боялась забираться в эту проклятую лодку...
-Все хорошо, милая, все кончилось хорошо...
Ник поцеловал ее в висок и обнял крепко. Камень, залегший в груди медленно таял.
"Хорошо, что здесь темно и не видно моих слез..."
Тетка Мила за сотню ресо согласилась на следующее утро отбуксировать "Висту" к восточному берегу лагуны, где на севшем на мель танкере варили горючку. По поводу ночного использования ее баркаса тетка проглотила свои комментарии, находясь под дулом автомата Шиллы.