Вместо этого я встретил удар собственным ударом — той самой стопой, которую ползун пытался пригвоздить к полу секундой ранее.
Моя голая стопа врезалась точно в пальцы, сжимающие заточку, и они отчетливо хрустнули. Балахон снова завопил от боли, заточка вылетела из его руки, отлетела куда-то вдаль, и пропала в темноте — теперь уже надежно.
Враг зарычал, ухватил меня за ногу единственной целой рукой, словно пытался нанести мне хоть какие-то повреждения, хотя бы оцарапать, если получится! Я вырвал ногу из его захвата, и уже отвел назад, чтобы пробить по голове, как по футбольному мячу, надежно выключая врага надолго…
Но за мгновение до того, как нога сорвалась вперед в мощном ударе, как пуля из ствола, балахон поднял голову, и пронзительно заверещал:
— Он пришел! Мессия все равно пришел! Вы уже ничего не остановите! Вы — лишь пыль под его ногами!
Это звучало настолько странно и подозрительно, что я на мгновение замешкался.
И этого мгновения хватило, чтобы все вокруг резко изменилось.
Окружающую полутьму внезапно разрезало несколько узких световых лучей от мощных фонариков. Они быстро прошлись по стенам коридора, и наконец сошлись в одной точке — на мне и балахонах. Я едва успел отвернуться, чтобы яркий свет не выжег успевшие привыкнуть к полутьме глаза, а вот балахону подо мной явно повезло меньше — он задергался еще сильнее.
— Никому не двигаться! — раздался сильный, властный, уверенный голос. — Всем оставаться на своих местах!
Это был не Бадабум. Вообще не уверен, что Бадабум может говорить таким тоном, он совсем не вяжется с образом этого хохмача.
— Эй, ты, босой! А ну отпустил, быстро!
— Вы не туда воюете. — бросил я, не поворачивая головы. — Это они на меня напали, а не наоборот!
— Без босоногих разберемся! Отпустил, я сказал, а то применим силу!
В том, что они могут применить силу, я даже не сомневался. Обычно люди так говорят, когда имеют основание так говорить… Ну или как минимум — когда верят, что эти основания у них есть.
В конце концов, они же не накинулись на меня сразу же, как эти двое балахонистых бесноватых, изрыгающих какие-то упоротые религиозные догматы. Значит, они как минимум настроены реально во всем разобраться и определить, кто есть кто, а не просто потыкать заточенными арматуринами в первого попавшегося.
Поэтому я отпустил заломанную за спину руку балахона и медленно повернул голову к свету, предварительно закрыв глаза.
— Это Вик! — раздался подозрительно знакомый голос. — Это Вик, это свой!
О, а это уже Бадабум! Выходит, он тоже тут… Ну да, он же сказал «скоро буду»!
Хотя нет, он сказал «Скоро будем», то есть он с самого начала имел в виду нескольких человек.
— Точно⁈ Ты его знаешь⁈ — все еще недоверчиво спросил первый голос.
— Точно! Да убери ты свой фонарь! — выплюнул Бадабум, и луч света, почти что ощутимо бьющий мне в лицо, исчез. — Вик! Не ранен⁈
Бадабум подковылял ко мне. В его руке был зажат небольшой, но явно мощный фонарь, и больше ничего при нем не было — никакого оружия, даже той же заточенной арматуры. Да он и одет был кое-как — кожаная куртка на голое тело, а вместо штанов из плотной ткани — черные легкие шорты до колен. Наверняка он, как и я, вскочил посреди сна от непонятных звуков и напялил на себя первое, что попалось под руку.
— Я в порядке. — ответил я, кивая в сторону. — А вот девушке нужна помощь…
— Девушке? — Бадабум включил фонарь и перевел луч туда, куда я указал головой. — Какой?
Действительно, какой…
Девушки на том месте, где я ее видел в последний раз, уже не было. Натекшая красная лужа, да размазанный кровавый отпечаток ладони, словно раненая пыталась ползти — вот и все, что осталось от девушки. Похоже, в разгар моего боя с балахонами она решила воспользоваться появившимся временем, чтобы убежать подальше и спрятаться…
И если так, то она полная дура.
Если кровь, что я на ней видел — ее, то жить ей осталось от силы пятнадцать минут. С таким кровотечением она не выживет без помощи.
— Там была девушка. Раненая. Много крови. — коротко пояснил я.
— Сам вижу, что не вишневого сока. — неожиданно грубо ответил Бадабум. — Куда она пошла⁈
— Понятия не имею. — я пожал плечами. — Но, думаю, можно отследить по каплям крови. С таким кровотечением она просто не могла не наследить.
— Точно, братец! — Бадабум щелкнул пальцами. — Надо ее найти! Генри!
— Слышу! — отозвался тот. — Ищите! А я пока займусь этими! Дом, под твою ответственность!