А вот что важно — то, что я уже вижу ворота впереди, и силуэты кэт-ботов, которые в эти ворота начинают входить!
Сзади снова зашелестело, и иглы ударили сбоку от меня, отсекая путь вдоль конвейера. Недолго думая, я упал на бедро, проскользил под ним, чуть не царапнув носом по нижней части, вскочил на другой стороне, и на мгновение открыл карту.
Снова щелкнул двойной прыжок «Кузнечика», и противник оказался уже совсем рядом — буквально пять метров нас сейчас разделяло, один ряд станков.
А кэт-боты уже обратили на меня внимание и первые ряды уже поднимали руки, готовясь зарядить в меня зарядами… чем они там стреляют.
И ведь они не промахнутся, твари! В этом закрытом пространстве, да еще в таком количестве, они точно не промахнутся, и даже если попадут в меня не все, а лишь трое-четверо — все равно мне ГГ!
Или не мне…
За спиной снова щелкнуло — противник перепрыгнул через последний станок.
Снова зашелестело — противник начал стрелять.
И тогда я подпрыгнул в воздух и дал полную тягу на «Мотылька», взлетая под самый потолок!
Глава 16
Если бы я в ангаре был наедине с квестором-противником, он бы просто сопроводил мой взлет прицелом, не переставая выжимать спуск, и срезал очередью прямо в полете.
Если бы я в ангаре был наедине с кэт-ботами, они бы тоже не обманулись таким простым маневром, даром что тупые как цельнолитая чушка. Не настолько быстро взлетает «Мотылек», чтобы исчезнуть из их поля зрения моментально, а значит — они бы меня заметили.
Если бы…
Если бы я тридцать лет назад не пересилил боль, на одной лишь силе воли заползая в спасательную капсулу, меня бы вообще тут не было! Так что нет смысла говорить, том, что могло бы быть! Смысл имеет лишь то, что есть сейчас.
А сейчас мой преследователь и кэт-боты увидели друг друга. Увидели — и тут же потеряли интерес ко мне.
Вернее, боты потеряли, потому что им плевать, в кого стрелять. А квестор и рад бы продолжить бодаться со мной, а не с железяками, но его особенно никто и не спрашивал.
Я быстро долетел до уже знакомого железного балкончика под самой крышей, уцепился за перила и развернулся, чтобы получше видеть, что происходит внизу. Ловушка, конечно, удалась на славу, но это не означает, что все уже закончилось.
Даже напротив — все только началось.
— Ах ты урод! — заорал квестор, бросив на меня короткий взгляд. — Тебе не…
Что именно мне «не» он не договорил — боты начали стрелять. На таком расстоянии, да еще и в закрытом пространстве даже с их точностью промахнуться было бы сложнее, чем попасть… И они попали.
Два заряда один за другим попали в щит квестора, заставляя его вспыхнуть голубым. И, если у него такой же щит, как и у меня…
— У него такой же щит, как у меня? — спросил я у Бадабума, глядя как квестор резко кидается вниз и в сторону, укатываясь по полу под ленту конвейера, и дальше — за один из станков.
— Если у него уже есть второй уровень, то больше на двадцать процентов, но это маловероятно, слишком мало времени прошло! — нервно ответил тот. — Что ты задумал⁈
— Шоу. — честно ответил я. — Я задумал шоу. Вы же тут любите шоу, правильно?
Пять.
Два заряда — это минус половина щита. Минус половина щита — это очень много. И пусть даже квестор успел скрыться за станком от последующих попаданий, все равно у меня есть пять секунд, пока он не начнет восстанавливаться.
Четыре.
Вернее говоря, это у него есть пять секунд. Пять секунд на то, чтобы уничтожить как можно больше ботов, чтобы они не уничтожили его. Он же не знает, что делает именно то, что мне и нужно. То, что я и планировал.
Три.
Он вообще обо мне сейчас не думает. Он даже не смотрит на меня, словно полностью забыл о моем существовании — а, может, и правда забыл. Ему сейчас не до меня, для него основную угрозу представляю боты, поэтому он перезарядил свое оружие (необычно перезарядил, движением сбоку, а не снизу, как обычно), высунул его из-за станка и практически вслепую открыл огонь.
Два.
«Гремучник» зашелестел, выплевывая десятки игл, и кэт-боты, бредущие к станку и поливающие его зарядами почем зря, пошатнулись. Иглы явно вредили им больше, чем тупоносые медленные пули моего пистолета, ну оно и понятно. Если уж они в бетон вонзаются, как в солому, то и ржавый металл роботов должны пробивать на отлично.
Четыре кэт-бота, бредущие первыми, словили по порции игл, и сломались. Из трех повалил дым, и они, не закончив шага, просто повалились навзничь, как манекены. Четвертый внешне остался цел, но ему явно тоже сплохело — он резко развернулся и с воплями «Ошибка! Ошибка!» открыл огонь по другим ботам.