Что ж, такой способ определить куда молния ударит в следующий раз, лучше, чем вообще никакого! Я еще раз посмотрел на строчку контракта в списке, там оставалось восемь с половиной минут. Не знаю, что произойдет, когда таймер дойдет до нуля, но в любом случае есть только один способ проверить.
Граница миниатюрного ШТОРМа (как-то иначе его назвать язык не поворачивался) постоянно двигалась, и двигалась, к счастью, в мою сторону, а не наоборот, поэтому добрался я до него буквально за пятнадцать секунд. Добрался, на мгновение замедлился, проверяя, не собирается ли покраснеть земля в том месте, куда я хотел шагнуть, и пересек границу.
Конечно, глупо было ожидать, что не изменится вообще ничего, но такого я никак не ожидал! Как только я перешагнул границу, на меня моментально налетел мощный порыв ветра, едва не сбивший с ног, резко запахло озоном, а ближайшая же молния, ударила в землю в пяти метрах от меня с таким треском, что у меня даже уши на секунду заложило! Щит моментально пошел рябью, как будто меня снова обстреливали из «Гремучника», только на сей раз он не просел и на миллиметр — видимо, просто реагировал на поднятую ветром пыль. Даже представить страшно, чтобы было бы, если бы на мне не было кита с его щитом, который защищал не только от опасностей, но и от просто неприятных факторов тоже. Засыпало бы мне глаза за секунду мелкой пылью, превращая из боевой единицы в слепого крота под ударами молний!
Прямо как тридцать лет назад…
Память услужливо подкинула воспоминания о том, как я делал ноги от надвигающейся волны всепоглощающего ШТОРМа — ощущения один в один!
Разве что в этот раз вокруг нет инопланетных тварей, обезумевших от ярости накатывающей стихии, и атакующих всех, кто только попадется на глаза.
Ну, и еще у меня есть какое-никакое средство защиты в виде кита, который должен пережить хотя бы один удар молнии.
Ну, я надеюсь.
Единственное, что осталось непонятным — что сделать со штормовым стеклом, которое тут и там висело над землей кривыми неровными шипами застывшей породы. Не сказать, чтобы его фрагменты прямо большие — иные можно в карман упихать, а другие — понести в руке… Но это явно не то, что от меня требует ситуация, потому что у кита нет карманов, а в руке больше одного, ну ладно двух, не унести. Тут явно какая-то другая схема используется…
Внимательно глядя под ноги, я подошел к ближайшей застывшей прямо в воздухе капле, поднял «Гремучник» и осторожно тронул ее стволом. Предполагалось, что стекло сдвинется в воздухе, может, упадет на землю, лишившись какой-то стабильности, или на худой конец — останется на месте, прибитое к пространству силами, которые мне не дано понять, и я почувствую легкое сопротивление…
Ничего из этого не случилось. Ствол просто прошел насквозь через каплю стекла, как будто это объемная голограмма, а не физический объект!
— Ага. — задумчиво произнес я, отшагивая в сторону, потому что земля под ногами неприятно покраснела. — И что с тобой делать в таком случае?
Треськ!
Молния щелкнула рядом так громко, что я на мгновение даже потерял ориентацию в пространстве. Щит это хорошо и замечательно, но от громких звуков он явно не дает никакой защиты, и это беда. Хоть активные наушники носи для того, чтобы не повторялось таких вещей, как сейчас.
Я раскинул руки в стороны, чтобы удержать равновесие, и случайно коснулся капли штормового стекла, что выросла на месте удара молнии. Пальцы мои, как и ствол секундой ранее, прошли через границу капли, как через голограмму, но на этом все сходство закончилось! Потому что штормовое стекло внезапно резко побледнело, как будто мои пальцы вытянули из него всю краску, а потом и вовсе исчезло! Его будто стерло из реальности движением невидимого ластика, причем ушло на это не больше пяти секунд!
— Информация принята. — доложил кит непонятно о чем. — Контракт обновлен.
Я бегло глянул на счетчик контракта на штормовое стекло, и не без удивления обнаружил, что он изменился.
Штормовое стекло — 10\50 (08:30)
Вот как значит. Это надо не «собирать», это надо «принимать». Принимать в виде какой-то информации, которая кому-то на станции интересна. Получается, кит только собирает информацию о штормовом стекле, а само оно никому не нужно… Да и вообще испаряется после сбора, что тоже не особенно привычно.
Так или иначе, теперь понятно, что надо делать, поэтому я сразу же повернулся ко второй капле стекла, застывшей совсем рядом, и коснулся и ее тоже. Она отличалась по виду от первой — более прямая и больше почти в два раза, — поэтому я нисколько не удивился, когда счетчик контракта прирос на целых двадцать единиц.