— Meрceр, чт…
Двери лифта открылись, и я рванул наружу.
Я ударился плечом о металлическую дверь и, глотая воздух, споткнулся и упал на колено. Солнце пронзало, словно кинжалом, выстреливая, как гребаная базука в голову своей яркостью. Все казалось совершенно белым, я пытался остаться в сознании.
Стиснув зубы, я заставил тело слушаться и наполовину проковылял, наполовину пробежал минное поле из солнечного света. Птицы взвились, возмущенные моим вмешательством.
Я ворвался в свой кабинет, пока мое сердце готово было выпрыгнуть из груди.
— Мерсер! Скажи мне, что, черт возьми, происходит! Ты меня до смерти напугал. — Фредерик погнался за мной. Я не стал тратить дыхание на ответ. Я не мог позволить себе этого, так как становился слабее с каждой секундой.
Я должен был знать, что Тесс была здесь. В безопасности. Под защитой.
Это все в моей голове. Это ужасный сон наяву. Мой мозг играет со мной злую шутку. Это нереально.
Но зловоние было и здесь, ковер был мокрым от больших луж. Черт.
В кабинете больше не было спокойно, все было испорчено. Хрупкая и напряженная аура, что-то таилось под ней: что-то черное и адски холодное — зло и гниль.
Мигрень пульсировала внутри черепа, сжимая мои мысли в нескончаемый водоворот. Я почувствовал смерть и несчастье. Силы и чистоты Тесс нигде не было. Какая-то пустота.
«Не будь такой гребаной истеричкой».
Я подавил страх. Запах сигарет пронизывал воздух гостиной, ведя меня по коридору к спальне.
Я последовал за этой вонью, но вернулся, чтобы вынуть HK P2000 из серванта. Фредерик ворвался в кабинет, оглядываясь вокруг как сумасшедший. Учитывая, что он должен был быть более спокойным из нас двоих, он выглядел нервным и готовым убивать.
— Может, я возьму его? — Он посмотрел на пистолет в моей нетвердой руке. Зрение подводило. Сначала все было цветным, но через мгновение — черно-белым. В его словах был смысл, мое зрение ни к черту. Мое дерьмовое зрение. Я отвечал за безопасность Тесс, и я хотел бы использовать этот долбаный пистолет.
Не обращая внимания на Фредерика, я пригнулся и начал бесшумно двигаться по коридору. Я никогда не был так благодарен за то, что мог бесшумно передвигаться.
Стремление убить подонков, которые посмели вломиться в мое личное пространство и взять то, что было моим, пожирало меня. Зверь внутри ревел и бушевал, был готов к ядерной атаке ярости.
Широким жестом я повернул ручку, держа палец на спусковом крючке, и вошел в спальню.
Ничего.
Кровать была нетронутой, комната в идеальном порядке, как я и оставил ее.
Фредерик вошел следом на согнутых ногах, держась поближе ко мне, готовый атаковать в любой момент. Если бы мне понадобился кто-то для защиты за спиной, это был бы он. Он был похож на слабака, но боролся лучше всех.
Фредерик был моим напарником, моим доверенным лицом и союзником, но у него не было такой же черноты в его душе или размытых линий, отделяющих правильное от неправильного.
— Teсс, où es tu (прим.перев.фр. Где ты)? — я шепотом зарычал, врываясь в гардеробную.
Одна пустая вешалка лежала на полу.
Мое сердце вырывалось через ребра; я не мог видеть от боли в голове, полностью ослеп на секунду.
Я схватился за полку, где стояли ботинки, пытаясь устоять на ногах и привести сердцебиение в порядок.
Фредерик не сказал ни слова, пока я моргал и приходил в себя, пытаясь вернуть зрение.
Наконец, четкое видение вернулось, и я жестом показал, чтобы он прикрыл меня при входе в ванную.
На ковре впереди, как зловещая тропа, виднелись капельки воды, окрашивая бежевый ковер в более темный коричневый цвет. Сначала они были мелкими брызгами и становились все больше и, наконец, заливали ковер за дверью ванной.
Сглатывая тошноту, я подтолкнул дверь носком ботинка, открывая ее и размахивая пистолетом во все стороны.
Как только я понял, что в комнате чисто, в сознание ворвались картинки из моих худших ночных кошмаров.
— Кью, не двигайся. Я вызову полицию.
Я стоял в луже, глядя на ванну полную воды, без Тесс. Вешалка для полотенец свисал со стены, и утренняя одежда Тесс была на стуле.
Мигрень развилась до невероятных размеров. Я словно наткнулся на стену, стряхивая черноту, падая в беспамятство. Я не позволю слабости затуманить мой разум.
Одернув себя, мне удалось преодолеть ступор, двинуться вперед и опустить пальцы в воду.
Теплая.
Тесс приняла ванну, как я сказал ей, и пока я сидел на встрече, с ней случился этот кошмар.
Я встретился потухшим взглядом с Фредериком.
— Как они попали сюда, Ру? Что случилось с чертовыми камерами безопасности и охранниками? — Сердце тяжело билось, оказывая большее давление на череп.