Его рука спустилась ниже с моей груди, оказавшись у меня между ног, и он сжал ладонь.
— Давай посмотрим, как ты будешь бороться.
***
Жареный цыпленок.
Запах вкусной пищи разбудил меня от наркотической комы, открывая глаза навстречу миру живых.
С того момента, когда я проснулась, вернулось желание пуститься обратно в туман заполнявший пропасть, в которой я находилась, так как Жилет обещал сделать то, из-за чего мне хотелось перерезать себе вены и выкрасить стены моей красным.
— Привет, девчонка. Как приятно снова видеть тебя.
Человек, который руководил операцией, тот же, кто приказал накачать меня наркотиками и впихнуть в самолет, направлявшийся в Париж, присел на край моей убогой кровати. Его небесно-голубые глаза, такие же как у Брэкса, напомнили мне, как сильно изменилась моя жизнь. Его идеальная одежда и лохматые светлые волосы выглядели так, как будто он только вышел с какого-нибудь австралийского пляжа и нуждался в доске для серфинга под мышкой.
— Давай, позволь мне помочь тебе встать. — Его руки сгребли меня, поднимая на ноги. Я утерла слюни с уголка рта, жизнь неуклюже возвращалась в мое тело.
Мой взгляд упал на блюдо с курицей, овощами и хлебом. Способность думать улетучилась. Мой желудок ревел, как будто его кололи тысячи отчаянно голодных ножей.
Белый Человек усмехнулся, кивая.
— Это для тебя. Если ты сделаешь то, что я говорю.
Дерьмо. Какого черта он хотел? Что еще я могла дать?
— Эсклава, не сдавайся. Останься в живых. Ради меня.
Слезы проступили и сожаление, которое я чувствовала, оттого, что давила на Кью слишком сильно, душило меня. Не нужно было заставлять его кончить в то утро. Я должна была поблагодарить его за каждую долю внимания и справедливого обращения со мной. Зачем ему спасать ту, которая обещала превратить его жизнь в ад и завладеть им?
«Зачем ты оттолкнула его?»
Мой разум больше не мог сосредоточиться, все было вверх ногами, задом наперед.
Внезапно, несмотря на то, как голодна была, я не могла думать о еде. Мое сердце было пусто, мой желудок тоже должен быть пуст.
Белый Человек провел пальцем по тыльной стороне моей ладони.
— Перестань думать. Становится легче, когда наркотики берут верх.
Громкий кашель лишил меня кислорода, разламывая тело. После того как чары рассеялись, я посмотрела на него слезящимися глазами, моля его отпустить меня.
— Пожалуйста. Я буду делать все, что вы хотите.
Он напрягся, и тени появились на его лице.
— Ты не сделала того, что я хотел в первый раз. Я должен сказать, никогда раньше клиент не требовал, чтобы мы забирали обратно купленный товар. Я почти отказался: в конце концов, это уже не мое дело, после произведенного обмена, но у Красного Росомахи была очень твердая позиция.
Я сглотнула, повесив голову. Что я сделал не так, будучи рабыней? Я запала на своего хозяина. Научила его тому, что два человека могут идеально подходить друг другу. Что в этом было такого неправильного?
Белый Человек продолжал:
— Я крепко повязан с клиентами, которые покупают у меня товары. Таким образом, ты можешь себе представить, что я хочу сохранить хорошие отношения с ними. Этот конкретный покупатель послал нас, чтобы мы забрали тебя по довольно непростительной причине.
Он остановился, потирая ногти об брюки.
— Ты хочешь знать, что сделала не так? — Не дожидаясь моего ответа, он продолжил: — Он променял тебя на бизнес операцию. Та бизнес операция встретилась с ...трудностями. — Засмеялся он. — Конечно, помогает то, что он заплатил вдвое больше, чем ты стоишь со строгим приказанием уничтожить тебя.
Мои глаза встретились с его, пытаясь расшифровывать беспорядочные предложения. Наркотики затуманивали сознание, оставляя меня в суровой реальности, где я могла только надеяться, что смерть будет короткой и быстрой.
В конце концов, я спросила:
— Сколько же я стоила? Я выкуплю себя. Ты же бизнесмен, позволь мне сделать предложение, которое стоило бы твоего времени.
«Кью даст мне деньги. У меня не было в этом сомнений».
Белый Человек стоял, запрокинув голову в хохоте.
— Теперь ты стоишь для меня больше, чем деньги, девочка. Видишь ли, мои запросы просты. — Его глаза сузились, и вся человечность растворилась: я смотрела в душу убийцы. — Ты не подлежишь изменению. И после того, как ты провела немного времени с нами, я знаю, что твоя сила заключается в уме. Тебя не сломить физическим насилием, ключом взлома является кое-что посложнее. Что-то, что я не встречал, но с нетерпением жду увидеть в действии.