— Присаживайся.
Он последовал ее совету и опустился в одно из кресел перед камином. Спорить не стал, как и рассказывать о том, что у него есть еще дела — знал по опыту, что Морин просто отмахнется и все равно заставит его так или иначе выслушать. Спустя немного времени на низком столике появилась бутылка вина и два бокала.
— Я не задержу тебя надолго, — предупредила его Морин, усаживаясь в соседнее кресло. — Но мне надо выпить, чтобы немного успокоить расшатанные осенней непогодой нервы, а пить в одиночестве — это признак дурного вкуса.
— Ты говоришь, как Кьяра, — усмехнулся Кристиан, наливая вино в бокалы. — Она тоже строго блюдет все эти неписаные законы дворянского общества на людях, но зато, с каким упоением отвергает их, когда на нее никто не смотрит.
Морин покачала головой, пригубила вино и закрыв глаза. откинулась на спинку кресла. Помолчала немного.
— Я сразу подозревала, что она в положении. Все эти ее резкие перепады настроения, жажда, ночные кошмары… — Морин вздохнула. — Но шесс Лиам не подтвердил. Сегодня утром ее служанка, ну, та, которая приехала из столицы, подняла настоящий вихрь из-за плохого самочувствия своей госпожи. Лиам осмотрел Кьяру и он… в замешательстве.
— Почему я об этом узнаю только сейчас?
— Потому что не принято обсуждать самочувствие шииссы во всеуслышание, — хмыкнула Морин, делая очередной глоток из бокала.
— Эта шиисса — моя жена!
— Кристиан, это глупо.
— Так что сказал Лиам? Я поговорю с ним, но… от Кьяры ничего нельзя добиться. Она молчит, улыбается и тут же переводит тему.
— Лиам ничего не сказал. Он не знает, в чем причина.
— Лиам не знает? — вот тут граф удивился. — Он всегда все знает.
— Не в этот раз, — отрезала Морин. — Поговори с ним сам, возможно тебе он расскажет больше. Потому что передо мной никто расшаркиваться не стал. К тому же, ты знаешь своего мага, иной раз он ведет себя, как самый настоящий…хм… из него ничего нельзя вытащить. Он словно издевается над всеми. Но… состояние твоей супруги меня тоже тревожит.
— Есть подозрения?
— Пока нет. Я тщательно слежу за тем, что она ест и пьет. Не отрицаю, что есть вероятность того, что что-то проскользнуло мимо меня, но… Это длится уже давно. И если бы ее травили, то делали бы это постоянно, а это невозможно. По крайней мере, с едой или питьем. Она не встречается ни с кем подозрительным, редко покидает пределы дворца и даже если идет в сад, то под конвоем. Так что я в растерянности.
Они замолчали. Кристиан задумчиво крутил в руках бокал с вином, наблюдая за отблесками огня. Морин не сводила взгляда с камина, медленно потягивая красный напиток.
— Ну что же, — первым нарушил молчание Кристиан. — Спасибо. За все. Мне пора. Береги себя.
Он встал, склонился над сестрой и поцеловал ее в щеку.
— И ты… береги себя, — эхом отозвалась Морин, возвращая ему поцелуй.
Кьяра снова бежала. По длинному прямому коридору. Она металась от двери к двери, дергала за ручки. Но они не поддавались.
А ее догоняли.
Она слышала тяжелое дыхание за своей спиной, но сколько не оборачивалась никого не видела. Лишь только тьма, что клубилась по углам коридора, казалось оживала. Она выпускала свои призрачные щупальца и тянулась к ней. Все ближе и ближе… быстрее и быстрее…
И Кьяра снова бежала.
Слышала, как звенят шпоры на сапогах тех, кто ее догонят. Топот множества ног.
Кровь шумела в ушах. сердце выпрыгивало из груди от быстрого бега. Колени дрожали, и каждый следующий шаг давался с неимоверным трудом.
— Вот ты и попалась, птичка, — ведьма появилась из неоткуда.
Она словно соткалась из тьмы и воздуха на ее, Кьяры, пути. Стояла перед ней, протягивая к ее лицу длинные скрюченные пальцы, увенчанные кривыми когтями, и шипела, словно рассерженная кошка.
— Ты попалась… попалась… попалась… — эхо подхватило последнее слово ведьмы и унесло его вперед.
Кьяра развернулась, чтобы убежать, но замерла на месте. За ее спиной находилась пропасть. Черная, непроглядная пропасть. И оттуда к ней тянулись руки. Множество рук.
И лица выступали из тьмы. Измученные лица. Открытые в немом крике рты. Распахнутые от ужаса глаза.
— Ты… — кричали они. — Ты во всем виновата… ты…
А сзади наступала ведьма.
— Ты предала меня, птичка, — шипела она. — Ты предала меня.
— Нет, — замотала головой Кьяра. — Нет… нет… Нет!!!
Она попыталась обойти ведьму, но та перегородила собой весь проход. Стояла напротив и протягивала к Кьяре свои скрюченные пальцы, словно желала выцарапать глаза.