Мы находим второго бургомистра, сидящего на ступенях Святого Ламберта с поникшей головой.
— Где Книппердоллинг?
Смущенно:
— Он был со мной на крепостной стене, но потом я его не видел.
— Ты уверен, что в церкви его нет?
Он качает головой:
— Здесь он не проходил.
Мы спешим к соборной площади. Мне не надо даже смотреть на Гресбека: у нас одинаково отвратительные предчувствия.
Худшие из них подтвердились незадолго до наступления темноты.
Тело Яна Харлемского было катапультировано через стену в корзине. Разрезанное на куски.
Книппердоллинг словно сошел с ума. Носясь по оцепеневшему городу, он во все горло выкрикивает имя Яна Бокельсона, нового Давида.
На помосте позади собора вырисовывается незабываемый, очень четкий профиль Лейденского Сумасшедшего.
***Сцена первая: сон царя Давида (КНИППЕРДОЛЛИНГ в роли МАТИСА, БОКЕЛЬСОН в роли самого себя).
МАТИС. Да, да. Ты ублюдок, Иоанн Лейденский. Сукин сын. Ублюдок и сукин сын, который станет моим преемником, возглавив воинство Господне.
БОКЕЛЬСОН. Нет, нет и нет! Я скользкий и гадкий червяк, я недостоин, недостоин!
МАТИС. Ян, мой тезка и апостол, ты знаешь, как я люблю тебя. Но моя любовь — лишь отражение высшей любви, любви Бога Отца к тебе. Ты червь, и никто другой. А я вытащил тебя из грязи борделей, чтобы заставить бороться за Мюнстер. Червь. Царственный червь, который примет на себя миссию взять мой меч и учредить Царство Святых. Через восемь дней пророк должен занять свое место рядом с Господом. А Господь выбрал тебя, чтобы ты стал вождем, который поведет нас к Новому Сиону.
БОКЕЛЬСОН (сдерживая слезы и не видя ничего вокруг себя или, возможно, видя все слишком отчетливо. Гораздо более отчетливо, чем я и Гресбек). Выйди вперед, Берндт.
Интермедия (Книппердоллинг в собственном костюме неуклюже выходит вперед с мечом Правосудия в руках).
КНИППЕРДОЛЛИНГ: Это правда. Восемь дней назад Иоанн Лейденский сказал мне, что во сне к нему явился Матис и заручился его согласием довести План до логического конца.
Сцена вторая: выполнение Плана (Бокельсон в роли Бога и Давида, Книппердоллинг в роли самого себя).
БОГ. Женщины и мужчины Мюнстера, смотрите на этого жалкого человечка. Смотрите на Давида. Женщины и мужчины Нового Иерусалима: Царствие Небесное ваше! С Божьей помощью я победил! Вы получите все, что вам было обещано! Вы хозяева Царства. Бегите на стены и смейтесь в лицо врагам, выплесните свою радость в их звериные рыла! Они не в силах ничего изменить — Матис показал это! Он хотел сказать вам, что безбожники-жополизы могут даже разрезать его на куски, размером с козюльку из носа, но не помешают исполнению Плана его! А мой план в том, чтобы победить! Победить! Пращу! Пращу Давиду!
(Книппердоллинг спешит передать Бокельсону пращу из тех, что крестьяне используют, защищая урожай от ворон.)
ДАВИД. Граждане Нового Иерусалима, я тот человек, который пришел от имени Бога Отца — новый Давид, ублюдок, сводный брат Христа, избранник Божий! Восславьте Бога Отца, возжелавшего избрать придурка, развратника и сделать Его апостолом, Его полководцем! И устами архангела Михаила Он возвестил о его бремени. Да, о бремени выполнения Плана. Ян Матис не умер! Матис Великий оплодотворил меня Словом Божьим и живет во мне, живет во всех вас, потому что нам предначертано дойти до конца! Мы воинство Божье, мы лучшие, избранные, святые, те, кто унаследовал землю и может делать с ней все, что пожелает. Наши возможности безграничны: с миром покончено, он у наших ног! (Он переводит дыхание, взгляд его голубых глаз витает над толпой, которая выросла настолько, что заполнила всю площадь.) Братья и сестры, Эдем наш!
КНИППЕРДОЛЛИНГ (рядом с ним). Да здравствует Сион!
Ответ подобен сбивающему с ног удару, опьянению, выстрелу, пощечине, ведру ледяной воды — он лишает меня чувств. Это восторженный, во всю глотку, вопль тысяч людей, уничтожающий отчаяние, уныние, осознание того, что мы последовали за безумцем, который теперь лежит разрезанный на куски в корзине. В таком случае лучше верить до конца, лучше жить в грезах, чем очнуться от коллективного сумасшествия. Я читаю в их глазах, по их взволнованным лицам: пусть будет паяц-сводник, да, да, сын Матиса, пусть будет он, но верните наш Апокалипсис, верните нашу веру. Верните нам Бога!