Это действие, весьма распространено среди людей и, в действительности, среди определенных других видов, но его посыл вовсе не универсален даже среди людей. Универсальны, конечно, сексуальные заигрывания, провокации и прочие подобные действия, того или иного вида, вроде прижатий, касаний, ласк, поглаживаний, поз, танцев и так далее. Среди кюров распространены разного рода покусывания, но не с целью ранить, а скорее дать понять, что вред, который мог бы быть причинен, причинен не был. Самец, например, может собственнически сомкнуть зубы на самке, но не поранить ее, а самка в ответ, если не протестует, может так же укусить самца, как бы защищаясь, но не до крови. Если же самка не готова уступить, то она может причинить серьезную травму. Ухаживание кюра, если можно так выразиться, походит на кружение вокруг добычи, с прыжками и притворными выпадами и укусами, которые иногда могут становиться довольно опасными. В действительности, сторонние наблюдатели, не разбирающиеся в этом, иногда думают, что два кюра дерутся, а не ухаживают друг за другом. Самец кюра, как и мужчины у людей, обычно крупнее и сильнее самок своего вида, что может сослужить хорошую службу в плане выживания всего вида в целом, поскольку самка может быть оплодотворена и без ее согласия, если этого требует сохранение вида. Самка кюра сама по себе крупная и опасная, но самец еще крупнее и гораздо опаснее, и в конечном итоге, может удержать ее, и сделать с нею все, что он пожелает. Безусловно, многое зависит от характера каждого конкретного представителя их вида.
В целом, распространенное среди людей касание губами, предполагает, что в это может быть вовлечено нечто большее, чем простая культурная идиосинкразия, но не на уровне немедленно доступном для сознания, а на уровне, на котором акт понимается как символический, наводящий на размышления и предваряющий более интимные отношения. Возможно, именно поэтому в отдельных человеческих культурах многие возражают против касания губами рассматриваемым способом. Например, гореанские свободные женщины обычно на публике прячут лица, по крайней мере, частично, под вуалями, по-видимому, чтобы скрывать от всех свои провоцирующие губы. Фактически, одним из актов, наиболее пугающих для гореанской свободной женщиной, в особенности для представительницы высшей касты, может стать, что называется, раздевание лица, при котором их губы выставляются на всеобщее обозрение, как если бы это были губы рабыни. Это рабыням, не позволено скрывать своего лица, так что их губы должны быть видны всем, и даже публично, что расценивается как один из актов позора и унижения, наложенным на рабыню.
Одна из причин того, что многие гореане рассматривают женщин с Земли как пригодных только для рабства, в том и состоит, что многие из них обнажают свои губы публично. Это изначальное отсутствие беспокойства относительно наготы своего лица обычно пробуждает презрение к рабыням земного происхождения не только у гореанских свободных женщин, но даже и у гореанских рабынь. Кстати, часто рабыня земного происхождения, по мере того как она все ближе знакомится с Гором и его культурой, начинает все острее ощущать наготу своего лица, как и то, что прикрыть эту наготу ей запрещено, и мужчины могут рассматривать ее, как они пожелают и так далее. Но разве это не то же самое, как с кайилой, или любимым слином? Животные же не носят вуалей. Позже, однако, начав то, что называется изучать свой ошейник и понимать его смысл, как провозглашение ее желанности, привлекательности и красоты, она изучит радость неволи, и свою роль и важность в структуре гореанского общества, и, вероятно, будет идти гордо, высоко подняв голову, широко разведя плечи, нахально демонстрируя собственность ее господина. Ее больше не волнует тот факт, что свободные женщины ненавидят ее, а другие гореанские рабыни теперь расценивают как серьезную конкурентку. Она уже узнала, что, у таких как она больше вероятность быть проданной с аукционной площадки. Безусловно, для нее будет разумно, унижаться перед свободными женщинами, становиться на колени, съеживаться и опускать голову, впрочем, как и для любой другой гореанской рабыни. Укус стрекала — штука неприятная.