— Это невероятно, — покачал головой Грендель.
— Не так чтобы очень, — усмехнулся Кэбот и, осмотревшись, сказал: — Взгляни, здесь есть еда и немного вина, а я голоден. Давай-ка разделим эту маленькую трапезу.
— Я убил, чтобы получить ключ, — напомнил Грендель. — Охранники вот-вот обнаружат тело, и вскоре после этого они будут здесь.
— Хлеб хорош, — заметил Кэбот и подхватил гроздь винограда с блюда на траве.
— Странные дела происходят в мире, — сказал Грендель.
— Вино тоже неплохое, — признал Кэбот, вытирая рот. — Какие дела и что в них странного?
— Флот отбыл, — сообщил Грендель.
— Вторжение в Гор? — спросил Кэбот, напрягшись.
— Нет, — ответил Грендель. — Что-то другое.
— Война?
— Боюсь, что да, — кивнул Грендель.
— Между Мирами? — уточнил Кэбот.
— Между двумя, я думаю, — ответил Грендель.
— Этот и некий другой?
— Этот Мир предпочел бы забрать Гор себе, — пояснил Грендель. — Другой выступил бы против такой односторонней конфискации приза, требуя сохранить его для всех. Подозреваю, что Агамемнон решил ударить первым, дабы избавиться от возможных конкурентов.
— Война кюров против кюров, — хмыкнул Тэрл.
— Таких событий за историю кюров, длинную и кровавую, было множество, — вздохнул Грендель.
— Странно, — сказал Кэбот.
— А что, войн людей против людей было мало? — осведомился Грендель.
— Это уж точно, — усмехнулся Кэбот.
— Тебе это тоже кажется настолько странным?
— Нет, — вынужден был признать Кэбот, — это совсем не странно.
— Обслужи меня, — потребовала блондинка, и Грендель согнулся, чтобы принести ей немного вина, винограда и хлеба.
Он покорно ждал около нее, пока девушка насыщалась, сидя на траве.
— Пожалуй, Ты не должен убивать его, — решила она. — Ты — чемпион. Он не стоит твоего удара.
— Она унижает меня, — ухмыльнулся Кэбот.
— Меня тоже, — отозвался Грендель. — Она унижает всех, кого она не боится.
— А Ты присмотрись к ней, — предложил Кэбот, — и задумайся об ошейнике.
— Значит, Ты именно так рассматриваешь женщин? — полюбопытствовал Грендель.
— Зачастую, особенно если я нахожу их интересными, — кивнул Кэбот, которому вдруг вспомнилась одна брюнетка, найденная им интересной.
— Она — свободная женщина, — вздохнул Грендель.
— Такая же, какими когда-то были большинство рабынь, — пожал плечами Кэбот.
— Принеси мне вина, — приказала блондинка Гренделю, и он снова безропотно передал ей флягу.
— Я думал, что домашним животным вино не позволено, — заметил Кэбот.
— Я не домашнее животное, — бросила девица.
Рабыням иногда разрешают выпить вина, если они просят достаточно красиво. Рабыня зависит от своего господина во всем, включая еду. Владелец всегда девает первый укус. Если он усаживается, скажем, на скамье или стуле, то рабыня обычно ест стоя на коленях у его ног. Иногда ее кормят с руки, но в основном это касается первых порций. Иногда она должна есть из мисок, поставленных на пол, не пользуясь руками, стоя на четвереньках и опустив голову вниз.
— Еще хлеба, — велела блондинка, и громадный Грендель, волоча ноги, снова принес ей требуемое.
— Как Ты оказался здесь? — поинтересовался Грендель.
— Я был пьян. Напился в Цилиндре Удовольствий, — ответил Кэбот. — Похоже, Пейсистрат предал меня. А очнулся я уже здесь в кандалах вязки.
— Значит, Ты отклонил предложение Агамемнона, касавшееся вооружения и командования людьми Земли против Сардара, — заключил Грендель.
— Разумеется, — усмехнулся Кэбот.
— Честь? — уточнил Грендель.
— Конечно, — кивнул Кэбот.
— Тогда в чем тебя мог предать Пейсистрат? — поинтересовался Грендель.
— Он не дал мне возможности сбежать и бороться, — ответил Кэбот.
— Бесплодная возможность, — отмахнулся Грендель. — Неужели Ты хотел бы, чтобы Пейсистрат рискнул своей собственной жизнью, а заодно и жизнями своих людей, ради этого короткого, бесплодного побега, не более чем жеста бессмысленного вызова с твоей стороны?
— Он — мой враг, — заявил Кэбот.
— Нет, — покачал головой Грендель.
— Он — человек Агамемнона, — добавил Кэбот.
— Он — свой собственный человек, и один из нас — сказал Грендель и, столкнувшись с озадаченным взглядом Кэбота, пояснил: — Тех, кто готов свергнуть Агамемнона. Как был готов пойти на это Лорд Пирр, и как по-прежнему готов Лорд Арцесила.
Блондинка ошеломленно уставилась на него.
— Это было опрометчиво, друг Грендель, говорить такое при ней, — заметил Кэбот. — Она все слышала и ради спасения своей шкуры, предаст и тебя, и Пейсистрата, и Арцесилу.