— Ровно до тех пор, пока их не погонят в другом направлении, еще безжалостнее подгоняя плетями? — предположил Кэбот.
— Вот именно, — кивнул Пейсистрат.
Девушка, уткнувшись головой в пол, стоявшая на коленях около них, вздрогнула, внезапно поняв, что ее судьба не была уникальной, что это была обычная, привычная и признанная роль для такой как она в гореанском обществе.
— Гладиаторов должны были обучать обращаться с оружием, — заметил Кэбот.
— Только с некоторыми видами, — развел руками Пейсистрат, — такими как, трезубец и сеть, меч и маленький щит.
— Значит, шансы весьма призрачные, — вынужден был признать Кэбот.
— Того оружия, что есть в одном только дворце, — сказал Пейсистрат, — хватит для того, чтобы уничтожить небольшую армию. Огнем, хранящимся в одной единственной кобуре можно сжечь сто человек, не повредив при этом цилиндр.
— Тогда это точно безнадежно, — вздохнул Кэбот.
— Вот именно, — согласился Пейсистрат.
— А вот интересно, — сказал Кэбот, пристально глядя на Пейсистрата, — а что если Ты — один из людей Агамемнона.
— Все возможно, — пожал плечами Пейсистрат. — У тебя ведь нет никакого способа узнать это наверняка, не так ли?
— Думаю, что я все же убью тебя, — заявил Кэбот.
— А мои люди следом прикончат тебя, — предупредил его косианец.
Кэбота развел руки, просто огромные для человека, в стороны и обхватил ими Пейсистрата.
— Хорошенько подумай, прежде чем сделаешь то, что задумал, — посоветовал Пейсистрат, — а вдруг Ты лишаешь себя союзника.
— Вот только откуда мне знать, союзник Ты или враг? — осведомился Кэбот.
— Союзник, — ответил Пейсистрат, — но у меня нет ни малейшего желания ложиться на решетку и медленно умирать над огнем, чтобы убедить тебя в своей правоте.
— Зато блондинка, едва только попадет в нужные руки, именно туда тебя и отправит, — заметил Кэбот.
— А что, если я — шпион, — поинтересовался Пейсистрат, — который был внедрен в руководство заговора, чтобы можно было предать всех вас?
— Странно, а всего несколько мгновений назад Ты таким не казался, — заметил Кэбот.
— Возможно, я притворялся, — усмехнулся Пейсистрат.
— Пусть так, но я решил, поверить тебе, — заявил Кэбот.
— Я — опытный обманщик, — предупредил Пейсистрат.
— И все же я доверюсь тебе, — сказал Кэбот.
— Очень многие мужчины были преданы из-за своей доверчивости, — усмехнулся Пейсистрат.
— Или достигли многого, — пожал плечами Кэбот, разжимая свои объятия.
— Боюсь, что Ты — дурак, — вздохнул Пейсистрат.
— Дело настолько безнадежно? — уточнил Кэбот.
— Разумеется, — кивнул Пейсистрат.
— Леонид при Фермопилах, — сказал Кэбот.
— Не понял, — опешил Пейсистрат.
— Хесий в проходе Бодуина, — поправился Кэбот.
— Ага, — кивнул Пейсистрат. — Теперь понимаю!
Эти намеки могут оказаться непонятными читателю, но никакой информации о них в словаре не нашлось.
— Вы еще можете сесть на свои корабли и бежать, — предложил Кэбот.
— Не можем, — ответил Пейсистрат. — Когда флот отбыл, доступ к докам был перекрыт.
— Так Ты присоединишься ко мне в Фермопилах? — спросил Кэбот.
— В Бодуине, — улыбнулся Пейсистрат.
— А что насчет твоих людей? — уточнил Кэбот.
— Мы с вами, Капитан! — крикнул кто из окружавших их мужчин.
— И я! и я! — раздались крики сотни других.
— И вы все, тоже дураки! — заорал на них Пейсистрат.
— У тебя есть люди для целых ста заданий! — сказал Кэбот.
— Работы на всех хватит, — проворчал Пейсистрат. — Деций! Торкват! Генрий! Этеокл! Септим! Титай! Эрлик! Сарпедон!
Названные мужчины протолкнулись вперед.
— А что насчет тебя самого? — осведомился Пейсистрат.
— Я должен найти Гренделя, — ответил Тэрл. — Полагаю, я ему могу понадобиться. А еще мне надо предупредить Лорда Арцесилу, если еще не поздно!
— Арцесилой займутся другие, — успокоил его Пейсистрат, — тебя могут опознать.
— Как скажешь, — кивнул Кэбот.
— Боюсь, Гренделя к настоящему времени уже могли взять, — предположил Пейсистрат.
— Возможно, — пожал плечами Кэбот.
— Надеюсь, ему хватило присутствия духа, чтобы задушить свое маленькое белокурое животное, прежде чем она начала говорить, — проворчал Пейсистрат.
— Он не тронет ее ни при каких обстоятельствах, — покачал головой Кэбот. — Скорее он умрет за нее.
— Уж лучше бы он предпочел умереть за какого-нибудь урта, — вздохнул Пейсистрат.