— Нет, — ответил Грендель, а блондинка презрительно усмехнулась нелепости столь абсурдной гипотезы.
— Но Ты защищаешь ее и разрешаешь сопровождать тебя, — заметил Кэбот и, не дождавшись его ответа, спросил: — Почему бы тебе не надеть на нее ошейник? Тогда у нас могли быть брюнетка и блондинка, отличная пара, которую можно было бы, сковав за шеи цепью, продать с хорошим наваром.
Леди Бина раздраженно и одновременно встревожено уставилась на Кэбота. В глазах Литы направленных на него стоял испуг. Она уже хорошо знала, что могла быть продана по прихоти рабовладельца.
— Полагаю, что Ты шутишь, — сказал Грендель. — Леди Бина — свободная женщина.
— Это верно, — не стал спорить Кэбот, — но клеймо на ней будет хорошо смотреться.
— Не шути, — предупредил Грендель.
— То, что я красива — правда, — заявила блондинка.
— Если бы она была рабыней, — заметил Кэбот, — ее было бы легче контролировать, и у нее не было бы возможности связаться с кюрами и сообщить им об участии Лорда Арцесилы и Пейсистрата в заговоре.
— Я никому ничего не расскажу! — поспешила заверить она.
— Вы заговоришь немедленно и неудержимо, если решишь, что это в твоих интересах, — усмехнулся Кэбот.
— А вот и нет, — заявила блондинка.
— Я присматриваю за ней, — сообщил Грендель. — К тому же мы в основном находимся на плоту, с которого она не осмелится убежать пока тот на плаву. А когда мы выходим на берег, то нет ничего проще связать ее. На ночь я приковываю ее цепью к дереву.
— Но в данный момент на ней нет ни цепей, ни веревок, — заметил Кэбот.
— Я слежу за ней, — пожал плечами Грендель.
— Ты не доверяешь мне, — укорила его Леди Бина.
Грендель опустил взгляд, сконфуженно и расстроено.
— Если бы Ты любил меня, как утверждаешь, — сказала блондинка, — то оставлял бы меня свободной и доверял мне.
Грендель выглядел сломленным и разбитым.
— И вообще, как смеет такой монстр как Ты, добиваться любви свободной женщины!
— Прости меня, — вздохнул Грендель, не поднимая головы.
— Как Ты сам думаешь, достоин ли Ты такого чувства? — спросила она.
— Нет, — ответил Грендель.
— Более того, такой свободной женщины как я? — не унималась Леди.
— Нет, — признал Грендель. — Нет.
— Если хочешь, — предложил Кэбот, — я займусь ее воспитанием, свяжу, возьму на поводок и все такое.
— Не надо, — вскинулся Грендель.
— Я — свободная женщина! — напомнила Леди Бина.
— Даже свободная женщина, — усмехнулся Кэбот, — может быть подвергнута средствам контроля различных видов, ограничению в перемещении, тюремному заключению, привязи и цепям, когда под угрозой оказываются интересы государств. Таких прецедентов множество.
— Верный, — поддержал его Грендель.
— На самом деле Ты не любишь меня, — заявила Леди Бина.
— Я, правда, люблю тебя, — возмутился Грендель.
— Если бы Ты искренне любил меня, — сказала блондинка, — Ты доверял бы мне и оставлял меня так, как я желаю, позволял находиться, где я желаю, и ходить, куда я желаю.
— Пожалуйста! — попросил он.
Но свободная женщина холодно отвернулась от него.
— Вот видишь, — обратилась она к Кэботу, — он не любит меня искренне.
— Лично я думаю, что он любит тебя слишком сильно, — покачал головой Кэбот, — и где-то даже по-дурацки.
— Я красива, — хмыкнула блондинка. — Ни один мужчина не может любить красавицу по-дурацки.
— Возможно, как раз в них-то легче всего влюбиться по-дурацки, — усмехнулся Кэбот, — и это более чем веская причина, почему нельзя заморачиваться с ними, а нужно поскорее надевать на них ошейники и владеть ими.
— Животное! — возмутилась она.
— Так у тебя есть мясо? — спросил Кэбот у Гренделя.
— Несколько кусков, отрубленных от тарлариона, — ответил тот.
— Превосходно, — потер руки Кэбот. — Давайте поедим, а затем Ты можешь убить меня.
— Огонь свою задачу выполнил, — намекнул Грендель, осматривая берег и примыкающий к нему лес.
— И то верно, — сказал Кэбот и торцом своего импровизированного копья разбросал тлеющие угли костра.
Через мгновение крошечные искры света растворились во мраке.
— Меня вполне устроит сырая тарларионина, — сообщил Кэбот.
— Как и кюров устраивает сырая человечина, — проворчал Грендель.
— Главное, что это мясо, — пожал плечами Кэбот.
— Так же, как и человечина, — сказал Грендель.
— Твоя мать была человеком, — напомнил Кэбот.
— Я не ем людей, — сообщил Грендель.