— Не было! — согласилась Лита.
Грендель вернул свое внимание костру и вращению мяса над ним на маленьких прутиках.
— Если бы Агамемнон хотел убить нас, — заметил Кэбот, — он мог бы это сделать быстро, еще тогда на озере воспользовавшись своей машиной.
— Верно, — согласился Грендель, — но возможно не без последствий для его симпатии.
— Не понял тебя, — прищурился Кэбот.
— Казалось бы, он спас нас, не так ли? — уточнил Грендель.
— Да, — кивнул Кэбот.
— А может только одного из нас?
— Одного из нас? — переспросил Кэбот.
— Подозреваю, что здесь не обошлось без Леди Бины, — объяснил Грендель.
— Думаешь, у нее хватило бы наглости, докучать Агамемнону, чтобы спасти нас на озере?
— Или одного из нас, — стоял на своем Грендель.
— Если только тебя, ее чемпиона, — пожал плечами Кэбот.
— Нет, — вздохнул Грендель, сосредоточенно глядя вниз и перемешивая угли.
— Меня что ли? — удивился Кэбот.
— Думаю, да, — кивнул Грендель.
— Но я уверен, что Агамемнон предпочел бы видеть нас обоих мертвыми, — сказал Кэбот.
— Да, и потому случился шторм, — сказал Грендель. — Мое предположение состоит в том, что Леди Бина через Агамемнона вмешалась, чтобы защитить тебя на озере. В некотором смысле он так и сделал, и возможно, его усилия были, тем или иным способом, засвидетельствованы, зарегистрированы внутри машины, чтобы убедить ее в том, что он предпринял определенные усилиях по твоей защите.
— Почему именно моей? — спросил Кэбот.
— Леди Бина может хотеть тебя, — пояснил Грендель. — Быть может, она хочет видеть тебя в качестве своего домашнего животного или как некую награду.
— Ерунда, — отмахнулся Кэбот.
— Ты ведь отверг ее, не так ли?
— Да, — кивнул мужчина.
— Это могло вызвать ее недовольство, — предположил Грендель.
— Теперь понимаю, — кивнул Кэбот.
— А шторм начался немного позже, когда Агамемнона рядом уже не было, и казалось бы не было и никакой причины подозревать его участие в этом.
— Но оно могло быть! — заметил Кэбот.
— Да, — согласился Грендель, — но вот Ты сразу заподозрил то, что шторм был рукотворным?
— Нет, — признал Кэбот.
— А ведь Леди Бину разбирается в этих вопросах куда меньше тебя, — напомнил Грендель.
— А что насчет тебя и Литы — уточнил Тэрл.
— От меня можно было бы избавиться позже, когда ей это было бы удобно, — сказал Грендель, — а насчет твоей Литы она, возможно, подумала, что было бы забавно владеть ею. Насколько я понимаю, в бытность их свободными, между ними было что-то вроде соперничества.
— Возможно, — усмехнулся мужчина.
— Несомненно, она будет рада иметь свою прежнюю соперницу презренной рабыней-служанкой пресмыкающейся перед ее стрекалом.
Лита вздрогнула.
— В общем, я подозреваю, что мы должны были погибнуть в шторме, — заключил он, — по-видимому, это должно было выглядеть печальным следствием непредвиденной ситуации, без какого-либо компромисса со стороны Агамемнону к Леди Бине и без влияния на будущие услуги, которые она могла бы ему оказать.
— Получается, что Агамемнон предполагает, что мы мертвы? — уточнил Кэбот.
— По крайней мере, я так думаю, — кивнул Грендель. — Вспомни изменение погоды.
— Это дает нам некоторое преимущество, не так ли? — предположил Кэбот.
— Боюсь, довольно призрачное, если таковое вообще имеется, — вздохнул Грендель.
— Там мясо, случайно, не готово? — осведомился Кэбот.
— Готово, — буркнул Грендель, и протянул Кэботу один из ломтиков жареного мяса, насаженный на заостренный прутик, а сам занялся другим куском, раздирая его клыками и придерживая лапами, отчего горячий сок побежал между его пальцами.
Рабыня немного потянула запястья вверх, но им было очень далеко до рта. Кэбот взял ее за волосы, опрокинул девушку на бок, так что ее рот оказался около его бедра.
Некоторое время он ел сам, а затем он опустил кусочек мяса к ее рту, но так, чтобы он немного не доставал до ее рта.
Лита изо всех сил, извиваясь всем телом, потянулась к нему и, в конце концов, схватила его зубами, жадно, отчаянно. Девушка, похоже, проглотив мясо почти не жуя, повернула лицо и тихонько жалобно заскулила. Мясной сок, сбегая по ее щеке, оставил на ней поблескивавшую полоску. Кэбот дал ей еще кусочек, который она схватила так же нетерпеливо, с жадность и благодарностью.
— Это что, правда, тот способ, которым обедает молодая особа с претензиями на статус, положение в обществе и даже на принадлежность к британской аристократии? — поинтересовался Кэбот.