— Пробужденной рабыни?
— Да!
— А это другие потребности?
— Да! — воскликнула рабыня. — Да! И я у ваших ног, бесстыдная, раболепствующая, умоляющая!
— Как рабыня?
— Да, да. Потому, что я — рабыня! Та женщина, которая лежит у ваших ног, не является свободной, она рабыня, презренная, пресмыкающаяся рабыня!
— И как я должен обращаться с тобой? — полюбопытствовал ее хозяин.
— Как с той, кто я есть, — сказала она. — Как с рабыней, презренной, умоляющей рабыней!
— Ты просишь этого? — уточнил Кэбот.
— Да, мой Господин! Я прошу этого, я умоляю об этом, мой Господин!
— Ну вот и замечательно, — усмехнулся Кэбот.
Он наклонился над ней и обхватил ее тело руками.
— Да, — протянул мужчина, несколько позже, — эффект, который рабство оказывает на женщину, действительно интересен.
— Пожалуйста, Господин, — задыхаясь, попросила рабыня. — Еще! Еще!
— Ну как скажешь, — улыбнулся Кэбот.
Несколькими аннами позже, уже глубокой ночью, Тэрла разбудил громкий голос. Он резко сидел, сбросив с себя сон вместе с одеялом. Грендель дежуривший в этот момент, вскочил на ноги и немного пригнулся. Его большие уши встали торчком. Только девушка Кэбота так и осталась лежать на своем месте у бедра своего господина. На этот раз она спала не связанной. Лита немного дернулась и прижалась губами к бедру мужчины, нежно и с благодарностью, по-видимому, вспомнив о том что происходило предыдущим вечером в течение ана, в конце которого ее хозяин оттолкнул ее от себя. Возможно, он продолжил бы использовать рабыню и дольше, но подошло время его дежурства.
— Что это? — спросил Кэбот.
— Включи переводчик, — посоветовал Грендель.
— Ты что, не можешь мне сказать? — осведомился Тэрл.
— Включи переводчик, — мрачно повторил его соратник.
Простое сообщение повторялось, раз за разом.
Кэбот стоял, и если поначалу у него еще оставались остатки сна, то теперь от них не осталось даже воспоминания. Рабыня стояла около него на коленях, в траве, которая все еще хранила признаки их вечернего буйства.
Сообщение, как уже указано, было простым.
Оно быстро разнеслось по цилиндру, и, вероятно, дошло даже до лагерей выживших после поражения их флота солдат, даже до самых отдаленных деревень, и, возможно, было услышано на берегах Озера Страха. Если так, то если Лорд Арцесила все еще был жив, то, несомненно, услышал бы это.
Кэбот нашел и включил свой переводчик, заранее установленный на самую низкую громкость, чтобы уменьшить вероятность того, что его гореанский будет услышан нежелательными ушами.
— Что случилось, Господин? — спросила рабыня.
Кэбот, прижимавший устройство к правому уху, предостерегающе поднес палец ко рту, требуя тишины.
— Информация дошла до Агамемнона, — прокомментировал Лорда Грендель. — И она была проанализирована.
Кэбот кивнул в знак согласия. Было очевидно, что Теократ к полученной информации о его вчерашней работе отнесся более чем серьезно.
— Боюсь, что теперь энергетическое оружие будет применяться внутри мира неограниченно, — покачал головой Грендель.
— Это может разрушить Мир, — заметил Кэбот.
— Мир далеко не хрупок, — сказал Грендель. — Но Ты прав, его можно разрушить изнутри.
— Точно так же, как и любой другой мир, — добавил Кэбот.
— Гор, и его сестра Земля, — сказал Грендель, — спрятаны в глубине своих атмосфер, но здесь атмосфера находится внутри цилиндра. Наше оружие может разбить Гор и Землю на куски, слишком мелкие, чтобы удержать атмосферу. Но здесь атмосфера может быть потеряна еще быстрее, улетучиваясь через обширные пробоины и разрывы, которые легко могут пробить заряды более мощного энергетического оружия.
— Это уничтожит Мир, — констатировал Кэбот.
— Боюсь, что Агамемнон, почувствовав угрозу для себя, — предположил Лорд Грендель, — разрушит этот мир не задумываясь.
— Но ведь он тоже умрет, — напомнил Кэбот.
— Нет, — сказал Грендель. — Есть другие миры.
— Если Агамемнон победит, то он победит, — хмыкнул Кэбот, — а если он проиграет, то он все равно победит.
— Да, — согласился с ним Грендель.
— Тогда, что нам делать? — осведомился Кэбот. — Сдаться?
— Нет, — проворчал Грендель. — Бороться.
— Вот это по-нашему, — улыбнулся Кэбот.
Сообщение продолжало разлетаться всюду по цилиндру.
— Похоже, мы произвели впечатление, — заметил Лорд Грендель.