— Как и любой живой организм, — пожал плечами Лорд Грендель. — У них есть отверстие. Их кормят мясом и дают жидкость. Да, внутри отверстия есть зубы и клыки, так что не суй туда руку. Продукты жизнедеятельности выводятся через то же самое отверстие, оно служит в обеих целях. Вытекают они прямо на тело. Возможно, Ты отметил маслянистость кожи.
Кэбот тут же отдернул руку.
— У них очень медленный метаболизм, — продолжил Грендель, — и зачастую матки метаболически бездействуют в течение многих недель к ряду. Периодически, их шкуру вычищают и санируют, а когда ожидается появление — обязательно.
Чем дальше они заходили вглубь туннеля, тем чаще стали попадаться матки. Тела некоторых шевелились, словно внутри них что-то двигалось.
— Будь осторожен, смотри под ноги! — напомнил Грендель.
Кэбот сместился немного в сторону, чтобы не наступить на то, что он принял, за что-то упавшее на пол туннеля, комок ткани, старые тряпки, обрывки меха.
— Что это? — осведомился Кэбот.
— Младенец, — ответил Грендель. — Вероятно, затаился в ожидании падальщика.
— А он точно живой?
— Разумеется.
— Он совсем не шевелится.
— Я бы на твоем месте не трогал его рукой, если не хочешь лишиться пальца, — предупредил Лорд Грендель. — Просто обойди стороной. Их периодически подбирают специальными перчатками или щипцами, и запирают, чтобы потом передать няням.
Они успели отойти не дальше трех или четырех ярдов, когда сзади раздался внезапный, испуганный визг. Кэбот повернулся и увидел волнение меха и мелькание зубов. Затем все успокоилось, куча на полу снова замерла, и только чавкающие звуки говорили о случившемся.
— Падальщик подошел слишком близко, — прокомментировал Лорд Грендель.
Пройдя по туннелю еще несколько минут, Кэбот остановился и уставился на одну из маток, внутри которой, казалось, что-то дрожало и поднималось.
— Запах чувствуешь? — спросил Лорд Грендель.
— Дезинфекция, спирт, — определил Кэбот, принюхавшись.
— Приближается появление, — объяснил Грендель. — Отойди подальше. Не стоит сейчас стоять к этому слишком близко. Можно испачкаться.
Живое существо, приклеившееся к стене, большое, пухлое, волосатое, вдруг начало дрожать и корчиться. Кэбот видел, как его внешня оболочка вспучилась, а затем опала. Через мгновение процесс повторился. Потом сквозь кожу матки проклюнулся крошечный беловатый зуб, и из пробитого им отверстия брызнула кровь.
— Не думаю, что мне хочется смотреть на это, — проворчал Кэбот.
— Это — один из путей жизни, — пожал плечами Лорд Грендель.
Поток крови все усиливался, а затем, через несколько мгновений из разрыва высунулась крошечная голова, тут же оскалившая окровавленные клыки. Маленькие красноватые глазки открылись и сверкнули в полутьме тоннеля. Кэботу показалось, что в направленном на него взгляде светилась злоба. Затем появилась маленькая лапа, из которой выскочили вполне сформировавшиеся когти, и существо начало рвать и царапать кожу вокруг себя, расширяя отверстие. В результате этой, казавшейся безумством активности, из прорехи вслед за головой появилось плечо. Уши расправились и встали торчком. Мех блестел от покрывавшей его крови. Кровь щедро бежала и по боку матки, и Кэбот шагнул назад. Потом, внезапно, маленькое тельце целиком вывалилось и отверстия и, уцепившись когтями за кожу матки, повисло головой вниз. Повисев немного, новорожденный отцепился и шлепнулся животом на пол. Кровь лилась ручьем, и Кэбот отступил еще дальше. Краем глаза мужчина заметил движение у своих ног и, посмотрев вниз, увидел нескольких крошечных, похожих не уртов зверьков. Падальщики собирались со всего туннеля, привлеченные запахом крови. Присев около лужи, они начали лакать, но один из них немедленно завизжал, пойманный задней ногой новорожденного кюра.
Кэбот, встряхнул головой, отвернулся и продолжил путь по туннелю.
— Не бери в голову, — проворчал Лорд Грендель. — Так ли сильно от этого отличается человеческое рождение? Разве жизнь не начинается с жестокости, так же, как и зачастую заканчивается этим?
— А что насчет матки? Разрыва ее тела, ее раны? — спросил Кэбот.
— Это — молодая матка, — сказал Лорд Грендель. — Думаю, что все заживет. Некоторые матки выдерживают целых пятьдесят появлений.
— Сколько времени нам предстоит провести здесь? — уточнил Кэбот.