— Да, — сказал он.
— Да, — вторил ему Статий.
— Так что там происходит? — поинтересовался Кэбот.
— Они подходят со всех сторон, — ответил Лорд Грендель. — Они спускаются в долину цепями, держа оружие наизготовку.
— Ну теперь все, — вздохнул Кэбот. — Я ошибся.
— Сейчас самое время, — прокомментировал Грендель. — Они полны решимости покончить с нами. Они не отвлекаются ни на что другое. Видимость ограничена даже для них. Они повернуты спинами к краям долины и потеряли преимущество высоты. Они в ловушке между периметром долины и траншеями.
— Я ничего не вижу! — пожаловался Кэбот.
— Сейчас! Сейчас! — шептал Лорд Грендель. — Вот они переваливают через край, выходят на склоны, их уже сотни и все с оружием. Дорогой Кэбот, Ты был прав! Клевреты Агамемнона только теперь поняли, что позади них кто-то есть.
Теперь и Кэбот смог услышать удивленные крики с явно вопросительными интонациями.
— Они оборачиваются! Они озадачены, — прокомментировал Лорд Грендель. — Они не знают друзья это или враги! Они ничего не понимают! Возможно, думают, что это подкрепление, усиление их численности!
Внезапно тишина взорвалась криками ярости и треском выстрелов. Тьму снова разрубили яркие полосы огня.
Кэбот слышал звуки борьбы, крики схватки, шипения выстрелов, звона сталкивающейся стали. Где-то выше по склону топоры разрубали плечи и плоть.
— Вперед! — заревел Лорд Грендель. — Выходим из траншей! В атаку! В атаку, братья кюры!
Его крики были подхвачены и переданы из траншеи в траншею. И вот уже, Кэбот и остальные люди, смущенные и изумленные, поняли, пусть были не в состоянии видеть этого, что могучие тела с воем и воинственными криками выскакивают из траншей.
Где-то спустя четверть ана, снова постепенно начало светать. Рутина Мира, подчиняющегося своим таймерам, на некоторое время выпавшим из привычных схем, вернулась к своей нормальности.
Кэбот и другие люди, с любопытством озираясь, начали медленно выбираться из траншей, и прокладывать себе путь по мягкой, вспаханной, пропитанной кровью земле, по высушенной почерневшей траве, переступая через валяющееся тут и там оружие, обходя упавшие, разбросанные тела, искалеченные и перекрученные, некоторые опаленные огнем, другие разрубленные. Тут и там лежали раненые кюры, стеная и истекая кровью. Кое-где уже стояли линии угрюмых разоруженных кюров, скованных цепями.
Наконец, Кэбот нашел Лорда Гренделя.
— Это — победа, не так ли? — спросил он.
— Прилив закончился, и течение повернулось в обратную сторону, — сказал Грендель. — Парни из тех лагерей, выжившие после поражения флота, теперь с нами. И их сотни, и они вооружены оружием наших противников. Теперь Лорд Агамемнон в обороне. Впервые мы можем надеяться на успех.
— Я рад, — улыбнулся Кэбот.
— Это тебе, мы обязаны этой победой, — сказал Лорд Грендель.
— Я сделал лишь, то что советовал мне Ты, — отмахнулся Кэбот.
— Но именно тебе Лорд Арцесила вручил свое кольцо, — напомнил Грендель.
— И я до сих пор не понимаю, почему он отдал его мне, а не тебе, — признался Кэбот.
— Ты был идеальным герольдом для его надежд, — объяснил Лорд Грендель. — Разве не Ты был своего рода доказательством того, что между союзниками, кюрами и людьми, могли бы быть дружеские отношения? Также, Ты мог дать ясно понять ценность человеческих союзников и характер наших общих интересов. То, что с этим видом можно было объединиться, казалось большинству кюров поразительным, и еще более их поразило то, что такой мезальянс мог оказаться плодотворным. Кто, в таком случае, лучше всего подошел бы для этой цели, как не человеческий воин, принесший кюрам кольцо Арцесилы, самого могучего из кюров, самого могущественного из противников Агамемнона?
— Подозреваю, — не без сожаления сказал Кэбот, — что они, скорее всего, были бы пристыжены, стоять перед таким же кюром как они, пришедшим с той же ролью, обладавшим гордостью и статусом, не разделившим их позора и унижения. Боюсь, только непритязательный человек вроде меня, мог бы оказаться тем посетителем их большого лагеря, в котором они ждали веревок или ножей, которого они могли бы послушать.
— Кроме того, — хмыкнул Грендель, — при всем моем уважении, я подозреваю, что немногие из кюров захотели бы пачкать себя такой миссией, контактом с побежденными, недостойными, опозоренными и павшими.
— Это произошло из-за кольца, — пожал плечами Кэбот, — только благодаря ему, мне позволили войти в их большой лагерь, привлечь их внимание, удостоверить мои полномочия говорить и агитировать от имени Лорда Арцесилы.