— Боюсь, я не смогу выполнить ваш приказ, командующий, — ответил кюр, — поскольку он вместе со своими парнями возвращается к их месту сбора.
— Но работа здесь не доделана, — сказал Лорд Грендель.
— Он уже отбыл, командующий, — развел руками кюр.
— У Митоника теперь кольцо Арцесилы, не так ли? — уточнил Лорд Грендель.
— Да, — кивнул Кэбот. — Мне показалось, что будет правильно, если он будет носить его.
— Согласен, — сказал Лорд Грендель.
— Теперь эти четыре сотни пленных врагов, несомненно, должны быть убиты, — заключил Статий.
— Нет, — устало вздохнул Лорд Грендель, — освободите их.
— И что мы будем делать дальше? — поинтересовался Архон.
— Мы возвратимся в лес, — ответил Лорд Грендель. — Теперь ситуация пришла к неустойчивому равновесию. С уходом Митоника мы неспособны закончить нашу борьбу с благоприятным для нас результатом, но, точно так же, как мне кажется, и Агамемнону теперь недостает сил задушить наше выступление. Кроме того, ему придется действовать с оглядкой на Митоника и его парней.
— Это если Митоник вместе со всеми своими парнями не повесятся, — проворчал Кэбот.
— Не думаю, что они сделают это теперь, — сказал Лорд Грендель.
— Почему нет? — осведомился Кэбот.
— Потому, что они знают вкус победы, — объяснил Лорд Грендель.
Глава 57
Лагерь Лорда Гренделя
Ворота лесного лагеря распахнулись, и пораженный, ликующий Пейсистрат, командовавший лагерем в отсутствие лорда, выскочил к ним, спотыкаясь и заикаясь от изумления.
— Дорогой Грендель! — закричал он, — мы получили сообщение о том, что наш план провалился и все наши парни полегли, уничтоженные без разбора в Долине Разрушения! Хвала Царствующим Жрецам! Вы все живы!
— Славь лучше Неназванного, если тебе так хочется, — отмахнулся Лорд Грендель, — или если Ты без этого не можешь, только не трогай Царствующих Жрецов. Уверен, они ничем не повлияли ни на этот день, ни на то, что произошло.
— Прости, Лорд Грендель, — всхлипнул Пейсистрат, — просто меня переполняет радость от того, что вы избежали очередной бойни.
Из ворот вслед за ним выскакивали ликующие обитатели лагеря. Его Коринна держалась за его спиной, женщина Статия поспешила встать на колени у его ног, принялась тереться головой о его бедро. Другие рабыни, переполненные чувствами, стояли на коленях, плача от радости. Восемь бойцов, людей и кюров, которых к их разочарованию в приказном порядке оставили в лагере для его защиты и поддержания порядка, устремились на встречу своим товарищам по оружию, и принялись с криками радости обнимать их. Некоторые из кюров от избытка чувств даже подпрыгивали и кувыркались в воздухе, и затем, набрав в ладони земли и сухих листьев, подбрасывали их вверх, устроив импровизированный праздничный салют.
— То, что там была бойня, это верно, — сказал Грендель.
— Вас наверняка преследовали, — предположил Пейсистрат.
— Я так не думаю, — хмыкнул Грендель.
— Но Агамемнон, ведь, должен был развить свою победу и начать решительное преследование.
— Уверен, что он не отказался бы сделать это, — согласился Грендель.
— Но вас не преследовали?
— По крайней мере, я так не думаю, — повторил Грендель.
— Как удачно, что вам удалось ускользнуть! — сказал Пейсистрат.
— Мы не ускользали, — поправил его Грендель. — Мы вернулись.
— Но нам сообщили, что вы даже не дошли до дворца, — растерялся Пейсистрат.
— Совершенно верно, — кивнул Грендель.
— Бой, как мне сказали, произошел в Долине Разрушения, — сообщил Пейсистрат.
— И это верно, — подтвердил Грендель.
— Погибли сотни, — сказал Пейсистрат.
— Даже больше, — заверил его Грендель.
— И вас возвратилось немного, — констатировал Пейсистрат.
— Все кто остался с нами, — развел руками Грендель.
— А остальные?
— Разошлись по другим лагерям, — объяснил Грендель.
— Ничего не понимаю, — покачал головой Пейсистрат.
— Победа, — сообщил Грендель. — Бойня была, но для сторонников Агамемнона.
— Я не могу в это поверить! — воскликнул Пейсистрат.
— Мы голодны, — намекнул Грендель.
— Рабыни, — рявкнул Пейсистрат. — Готовить праздничный ужин!
Рабыни вскочили на ноги и исчезли за воротами лагеря.