— Тогда дворец, — сообщил первый кюр, — заблокировали.
— Цепи с Лорда Арцесила были сбиты, а его самого понесли к жилой зоне, чтобы все могли на него посмотреть, — сказал третий.
— Радости не было предела, — добавил второй.
— Повстанцы и лоялисты обнимались и кричали от радости.
— Но затем всех охватил ужас, — продолжил рассказ первый, — замки шлюзов были снесены и в Мир, под бой барабанов и рев горнов, через сотню портов, хлынули воины из Мира, которому угрожал Агамемнон, и чей флот, так грамотно управляемый разнес наш в пух и перья.
— Казалось все потеряно! — воскликнул третий кюр.
— Конечно, мы были захвачены врасплох, и ожидали, что все будем убиты генералом того флота, — признался второй.
— Конечно, ведь Мир пал!
— Никакой пощады не дают в таком случае, никакого милосердия не оказывают!
— Но на этот раз этого не случилось. Как только выяснилось, что Агамемнон больше не у власти, это поменяло все. Враг поднял руки, поскольку их противником, были не мы, не весь народ, но только тот, кто был ложным вождем и тираном народа, Лорд Агамемнон. Их война, как выяснилось, была войной не с нами, а с нашим общим врагом, с Лордом Агамемноном.
— Великий генерал, их грозный вождь, один из самых жестоких и самых грозных во всех стальных мирах, приказал свернуть свое знамя, а барабанам и горнам скомандовал замолчать.
— Началось братание и радость, — сказал первый кюр, — но дворец оставался в блокаде, отрезанным от Мира.
— А как имя того генерала чужаком, столь искусного, столь страшного, знаменитого и грозного? — полюбопытствовал у него Кэбот.
— Зарендаргар, — ответил тот.
— Говорят, он спрашивал про тебя, — сообщил второй кюр.
— Ты что, знаком с ним? — спросил третий.
— Да, — кивнул Кэбот.
— Как такое может быть? — удивился кюр.
— Когда-то, — ответил Кэбот, — это было давно, в другом месте, очень далеко отсюда, мы разделили с ним пагу.
— Когда дворец был взят, — вернулся к рассказу первый из кюров, — там никого не нашли.
— Оказалось, что во дворце имелось множество секретных проходов, по которым можно было спокойно его покинуть, — объяснил второй.
— Так что Агамемнон и многие из его сторонников скрылись.
— Однако, — продолжил первый, — миру снова грозит опасность уничтожения, поскольку клевреты Агамемнона были пойманы на установке мощных зарядов, которые, если их взорвать, вскроют внешнюю оболочку Мира.
— Он может уничтожить мир, — согласился Кэбот, — действуя по принципу, если больше не мой, то пусть будет ничей.
— Но даже его собственные кюры, в дюжине других мест, сдались вместе с порученными им зарядами, вместо того, чтобы выполнить столь мерзкий и чудовищный приказ.
— Это было бы не по-кюрски, — заявил первый кюр.
— Я рад, — сказал Кэбот.
— Но сам Агамемнон предпочел бы уничтожить Мира в случае потери трона.
— Возможно, даже при малейшем уменьшении его власти, — проворчал третий из кюров.
— Такое деяние, уничтожение целого Мира, стало бы его последним великим актом, — добавил первый из них, — подходящее завершение его правления.
— Думаю, даже взрыв такого заряда, — заметил третий, — не обязательно повлек бы за собой конец Мира.
— Конечно, — согласился второй. — Наши службы всегда готов к устранению удара метеорита.
— Значит, Агамемнон скрылся? — заключил Кэбот.
— Да, — вздохнул кюр.
— И где же он теперь может быть? — поинтересовался Кэбот.
— Откуда нам знать, — развел руками первый из них.
— А где Флавион? — спросил у него Кэбот.
— Разведчик? — уточнил тот. — Предатель?
— Да, — кивнул Кэбот.
— Этого мы тоже не знаем, — ответил второй.
— Где-то прячется, — предположил третий.
— Попробуй его теперь разыщи, — проворчал первый.
— Знаю я того, кто может его найти, — усмехнулся Кэбот.
— Тебя вызывает Зарендаргар, в данный момент глава военной администрации Мира, — сообщил первый кюр.
— Ты должен проследовать к нему немедленно, — добавил второй.
— Разумеется, он так и поступит, — заверил их Пейсистрат.
— Передайте ему мои наилучшие пожелания, — сказал Кэбот. — Но у меня сейчас есть кое-что, чему надо уделить внимание в первую очередь.
— Но он — генерал, он — Зарендаргар! — не веря своим ушам, воскликнул кюр.
— Он поймет, — пообещал Кэбот. — В конце концов, мы делили пагу.
— И чем Ты планируешь заняться? — полюбопытствовал Архон.