— Никогда прежде и никогда после, — заявил Лукулл, — не будет никого равного ему.
— Мы продлили амнистию, — объяснил Лорд Арцесила со своего трона в бывшем дворце Агамемнона, — и они пришли и сдались.
— Теперь вы можете убить нас, — склонил голову Лукулл, указывая на себя и Красса.
— Это не та амнистия, что была, — заявил Лорд Арцесила. — Моя амнистия — настоящая. Вы хорошо служили Лорду Агамемнону, и я надеюсь, что мне вы будете служить не хуже.
— Будем, Лорд, — ответили они почти хором.
— Я думаю, что прошли все, — предположил Лорд Грендель. — Амнистия была всеобщей.
На пальце Лорда Арцесилы поблескивало большое кольцо, тяжелое и богато украшенное — символ власти. Когда-то Кэбот носил его на шнурке на шее, а потом передал Митонику, который позже вернул его Лорду Арцесиле, первому лидеру восстания и главному заговорщику, успевшему начать восстание, прежде чем был предан Агамемнону своим бывшим красивым домашним животным.
— В решающий момент, — вспомнил Кэбот, — как мне рассказали в лагере, кто-то выкрикнул: «Слава Лорду Арцесиле, Двенадцатому Лику Неназванного, Теократу Мира». Вы смогли выяснить, кто это был, кто закричал первым?
— Да, — кивнул Лорд Грендель, посмотрев в сторону.
— Это был я, — сообщил кюр, на которого был направлен его взгляд.
— И я тоже, — добавил другой.
— Уверен, Ты узнаешь их, не так ли? — уточнил Лорд Грендель.
— Дальний арсенал! — внезапно осенило Кэбота.
— Точно, — подтвердил Грендель, — это те двое, кому мы сохранили жизни и вернули оружие, чтобы они могли без опаски возвратиться в свой расположение.
— У нас были и другие сторонники, — добавил Статий, — сторонники и инакомыслящие, многие из тех, кто выжили в Долине Разрушения.
— Похоже, Лорд Грендель, — констатировал Кэбот, — что в человеческой слабости иногда присутствует мудростью и даже сила.
— Но нечасто, — заметил Лорд Арцесила.
— Верно, — не мог не согласиться Кэбот.
— Полагаю, что в моем присутствии здесь больше нет необходимости, — заявил Зарендаргар, воин и генерал кюров, — я отзову своих людей и свои корабли.
— Прошу вас, задержитесь еще на какое-то время, благородный союзник, — попросил Лорд Арцесила, — поскольку я издаю декрет об объявлении великого празднества на несколько дней веселья и пиров, и я был бы рад, чтобы Вы и ваши бесчисленные сторонники и команды разделили это с нами.
Зарендаргар, сложивший с себя полномочия главы военной администрации Мира, поскольку теперь во дворце воцарился Лорд Арцесила, склонил голову в знак согласия.
— Наши два мира, — объявил Лорд Арцесила, — будут как один.
— Нет уж, — проворчал Зарендаргар. — Пусть каждый будет сам по себе.
— Это правильно, — поддержал его Митоник, адмирал флота.
— Это — путь кюра, — кивнул Статий, который занял высокое место в совете Лорда Арцесилы, Двенадцатого Лика Неназванного, Теократа Мира.
— Шлюзы разблокированы, — сообщил Пейсистрат. — Доступ к нашим кораблям теперь свободен, мы снова можем причаливать здесь, или вернуться в наши схроны на Горе, или на наши секретные базы и острова на Земле.
— А мои люди, — сказал Архон, — могут возвратиться на лесной мир, или остаться здесь, или отравиться на Гор.
— Доставку я организую, — пообещал Зарендаргар.
— Вы не забыли меня, — улыбнулся Кэбот.
— Я вернулся ради тебя, — признался Зарендаргар.
— Людей здесь больше не едят, — объявил Лорд Арцесила, — как и не охотятся.
— А что делать с людьми из скотских загонов? — поинтересовался Кэбот.
— Некоторых переправим на Гор, другие останутся здесь, — пожал плечами Лорд Арцесила. — Это не имеет особого значения. Они размножались только искусственным оплодотворением, им позволят жить в их животной простоте, а затем вымереть. Мы проследим, чтобы о них заботились и заполняли их корыта едой. Это — все, чего они хотят, питаться и перекладывать свои потребности на других.
— Почему они должны жить за счет других? — удивился Архон. — Разве они не должны работать и что-то производить?
— Они слишком примитивны и глупы, чтобы это делать, — развел руками Статий. — Если о них не заботиться, они становятся испуганными, расстроенными и опасными. А потом они становятся жестокими, подлыми, агрессивными, начинают драться за каждый корень, а дальше приходят к тому, чтобы убивать и поедать друг друга и других.
— Они люди, — констатировал кюр.
— Люди особого рода, — поправил его Кэбот. — А что будет с Агамемноном?
— Без тела он не опасен, — сказал Лорд Арцесила.