— Похоже, Ты исследовала этот вопрос, — констатировал Тэрл.
— Я давно осознала себя рабыней, Господин, — призналась она.
— Насколько я помню, — сказал ее хозяин, — когда-то тебя звали Вирджиния Сесилия Джин Пим.
— Да, Господин, — кивнула брюнетка, — но теперь я просто Сесилия.
— Это — рабская кличка, — заметил Кэбот.
— Я понимаю это, Господин.
— И Ты — рабыня.
— Да, Господин, — подтвердила Сесилия.
— Главная обязанность рабыни, — сказал он, — служить и ублажать своего господина, всеми способами, и прикладывая все свои способности.
— Да, Господин, — кивнула рабыня.
— Ты ее исполнила? — уточнил Кэбот.
— Господин?
— На четвереньки, — сердито бросил он, — и ползи к столбу наказаний.
— Что Вы собираетесь делать? — испуганно спросила девушка, но встретила его взгляд и тут же прошептала: — Да, Господин!
Она поползла, а ее господин пошел рядом с ней, сопровождая к подножию столба. Ей уже был хорошо знаком этот столб. Впервые она была прикреплена к нему в первый же день ее нахождения в лагере, потом она стояла прижимаясь к нему животом, во время поединка Кабота и Флавиона, и последующего появления и мести Лорда Гренделя. После этого ее достаточно часто приковывали к нему цепью, иногда вместе с другими рабынями, обычно за левую лодыжку. Кстати, именно левая лодыжка чаще всего используется при формированию рабского каравана.
Когда они добрались до места, мужчина приказал:
— На колени, лицом к столбу.
— Да, Господин, — неуверенно отозвалась рабыня.
Кэбот защелкнул браслет наручников на ее левом запястье, прокинул второй браслет сквозь нижнее кольцо столба, и надел его на правое запястье девушки. Теперь она стояла перед столбом на коленях, прикованная к нему за руки.
— Что Вы собираетесь делать? — опасливо спросила Сесилия.
— Пороть тебя, — ответил он, и оставил ее наедине со столбом, уйдя за соответствующим инструментом.
Мужчина задержался на некоторое время, а когда вернулся, она увидела, что он принес пятиременную гореанскую рабскую плеть. Ей уже случалось видеть такую вещь в Цилиндре Удовольствий. Этот аксессуар разработан специально для наказания рабынь. Ее пять широких плетеных ремней наказывают безупречно, но не оставляют незаживающих шрамов, тем самым не понижая цены рабыни.
— Но Вы же с Земли, — напомнила брюнетка. — Я тоже с Земли! Не может быть, что Вы это серьезно!
— Я не стал приковывать тебя к столбу стоя, с руками над головой, — пояснил он, — поскольку опасаюсь, что Ты можешь их повредить, пытаясь спрятаться за столбом.
Девушка едва понимала то, о чем он ей говорил. Смысл сказанного доходил до нее с опозданием.
Она раздраженно задергала руками, пытаясь вытянуть их из браслетов. Казалось, что она собиралась подняться, однако, было ясно, что закрепленная таким способом она была не в состоянии стоять вертикально.
— Оставайся на коленях, — предупредил Тэрл, — или, если хочешь, ложись на живот.
— Вы шутите! — заявила Сесилия.
— Если хочешь, — продолжил он, — можешь обхватить столб руками или прижаться к нему плечом, чтобы не биться об него. Позже, Ты можешь захотеть лечь на живот. Это не запрещено.
— Я с Земли! — крикнула девушка.
— Больше нет, — отрезал ее хозяин.
— Мне жаль, что я убежала! — заявила она. — Я сожалею, что говорила с вами недостаточно уважительно! Я сожалею, если не выполняла почтение, когда это было уместно! Я сожалею, что по глупости использовала ваше имя, обращаясь к вам! Мне, правда, жаль, что я вызвала у вас недовольство! Простите меня! Пожалуйста, простите меня! Не делайте этого! Вы не можете так поступать со мной, поскольку я с Земли, и такие вещи не для меня. Я с Земли, и такое не может быть сделано со мной! Вы же не думаете, что я не больше, чем гореанская девка, некая простая рабыня, к которой без долгих раздумий можно применить плеть? Я с Земли, с Земли!
— Не бойся, — успокоил ее Тэрл, встряхивая ремни своего гибкого инструмента. — Я же не собираюсь бить тебя, как могли бы бить мужчину, изо всех мужских сил, причем не плетью, а кнутом, используемым для наказания мужчин, скажем, змеей. Эта плеть разработана специально для рабынь. Ее конструкция развивалась довольно длительное время, возможно столетия, чтобы стать безупречным инструментом поддержания дисциплины. К тому же я не собираюсь пороть тебя долго, а лишь только до той степени, которой Ты заслуживаешь, ровно столько, сколько, я надеюсь, потребуется для исправления твоего поведения.