— Иногда я перестаю тебя понимать, — проворчал Кэбот.
— Ты же не думаешь, что мой народ, кюры, — осведомился Грендель, — просто посыльные Царствующих Жрецов?
— Не думаю, — заверил его Кабот.
— А разве у них не может найтись применение для такой фигуры, как Ты?
— Нет, — сердито буркнул Кабот.
— Разве не может партия, возможно, на одной из десятков досок, оказаться интересной?
— Нет такой игры, — отрезал Кэбот.
— Возможно, — хмыкнул Грендель, — это — даже новая игра, или игра по слегка измененным правилам, с осторожно удаленной, а может, даже откровенно сброшенной частью фигур. Причем начатая на новой доске. И это даже не доска Царствующих Жрецов. Теперь, это скорее доска кюров.
— Нет никакой игры, — повторил Кэбот.
— Впрочем, возможно, Ты и правы, — не стал настаивать Грендель. — Возможно, Царствующие Жрецы потеряли к тебе всякий интерес. Как и кюры. Тогда тебя, освобожденного от обязательств перед Мирами, просто вернут в твой дом.
— Разумеется, — кивнул Кабот.
— Вот только координаты, известные мне по слухам, — заметил Грендель, — предлагают не Порт-Кар, а место расположенное гораздо дальше на север, дикий берег, вдали от цивилизации, где-то в районе северных лесов.
— Возможно, чтобы выпустить Рамара в подходящем для него месте, — предположил Кэбот.
— Возможно, — не стал спорить Грендель.
— Но Ты в это не веришь, не так ли?
— Нет, — ответил Грендель.
— Почему? — спросил Кэбот. — Для чего, с какой целью?
— Понятия не имею, — пожал плечами Грендель.
— И кто же может иметь? — раздраженно осведомился Кэбот.
— Возможно, Царствующие Жрецы, — предположил Грендель.
— А может, кюры? — уточнил Кэбот.
— Да, — кивнул Грендель, — может, кюры.
— Значит, игры продолжаются, — констатировал Кэбот.
— Возможно, — согласился Грендель. — А Ты, правда, возражаешь?
— Нет, — буркнул Кабот.
— Вот и я, так подумал, — усмехнулся Грендель.
— У шлюза, — сообщил Пейсистрат, присоединяясь к ним, — собрались Цестифон, Статий, Архон, Лорд Арцесила и много других благородных людей и высоких кюров. Они пришли, чтобы проводить нас. Некоторые из людей позже погрузятся на другое судно идущее к Гору. Помашите им руками, и добро пожаловать на борт.
Кабот и Грендель подняли руки в прощальном салюте, а затем, вслед за Пейсистратом вошли в шлюз. Люк закрылся за их спинами, и через пару моментов, они уже были внутри корабля.
— Капсулы в трюме пусты, — намекнул Кэбот.
— Вот закончим с нашими делами на Горе, — хмыкнул Пейсистрат, — слетаем на Землю и заполним их. Правда мы не останемся там дольше, чем это потребуется для погрузки. Мои парни не хотят задерживаться надолго в месте, где сам воздух стал ядовитым от различных загрязнений.
— А чем Вы собираетесь заполнить капсулы? — полюбопытствовал Грендель.
— Рабынями, конечно, — усмехнулся Пейсистрат. — Они получили что-то вроде отсрочки, из-за здешней войны и заблокированных шлюзов, но теперь это в прошлом.
— И они ничего не подозревают? — спросил Грендель.
— Ничего, — заверил его Пейсистрат. — Они еще не знают ничего о том, что они уже гореанские рабыни.
— Мы готовы к отстыковке? — поинтересовался Кэбот.
— Да, — кивнул Пейсистрат, — через мгновение. Ты приковал свою рабыню?
— Конечно, — ответил Кабот.
— Во время нашей небольшой экскурсии я вам не показывал, — сказал Пейсистрат, — поскольку не видел никакого смысла приводить в готовность твою рабыню, но на судне имеются небольшие альковы, покрытые мехами и соответственно оборудованные, где рабынь можно изобретательно закрепить для удовольствия мужчин.
— Замечательно, — усмехнулся Кабот.
— А теперь, — предупредил Пейсистрат, — я должен занять свое место на ходовом мостике.
Вскоре, едва заметно вздрогнув, судно покинуло док и взяло курс на неиспорченный, зеленый, плодородный мир планеты Гор.
Эпилог
Пора заканчивать эту историю.
Я решил назвать этот рассказ: «Кюр Гора». Мне кажется это вполне подходящим названием. Это — рассказ о нескольких индивидуумах, и некоторых событиях. Он имеет отношение к войне, чести и дружбе. Два индивидуума фигурируют в этой истории особенно часто, один из них, что интересно, человек, а другой — кюр, или точнее частично кюр.
Один — представитель низшего вида, или, возможно, если сказать более доброжелательно к нему, представитель младшего вида, человек, а другой, в конечном итоге, монстр, но все же тот, кто много сделал для Мира.