«Я что, рабыня? — спросила она себя. — А этот человек мой владелец?»
Подняв глаза на него, девушка увидела, что он улыбается.
«Он читает меня по моему телу, по выражениям моего лица! — опешила она. — Он знает, что я думаю! Он должен знать это! Так значит, Ты читаешь женщин, не так ли? Ну тогда, в случае такой как я, Ты ошибаешься! Возможно, есть низкие женщины, которые унизились бы и поставив ногу мужчины себе на голову, но я не одна из них! Мои колени не ищут место, где можно было бы встать! Мой язык не для ног рабовладельцев! Мои руки не для их цепей, а мое горло не для их ошейников! Я не такая. Я не такая. Я не рабыня. Нет, нет, я не рабыня, не рабыня!»
В следующий момент, внезапно, зло, она оттолкнулась от него, и прислонилась спиной твердому прозрачному барьеру, надежно державшему их в заключении.
В ответ на его понимающую улыбку, брюнетка метнулась к нему, попытавшись ударить, но мужчина перехватил ее запястья и легко удержал совершенно беспомощную девушку перед собой. Ее попытки вырваться были столь же бесполезны, как если бы она была ребенком. Он держал ее, пока слезы бессилия и расстройства не потекли по ее щекам. Лишь после этого он отпустил руки пленницы.
«Я ненавижу тебя, — думала девушка, сердито сверкая глазами. — Я ненавижу тебя!»
Однако стоило мужчине нахмуриться, и она испугано сжалась.
«Я вызвала его недовольство, — подумала брюнетка. — Но тогда почему он не наказывает меня? Конечно, потому что я — свободная женщина!»
Англичанка задрожала, когда он отвел от нее свой взгляд.
«Он наказал бы меня, если бы я была рабыней, — сообразила девушка. — Но тогда почему он не сделает меня своей рабыней? Быть может потому, что он решил, что я не достойна, быть его рабыней! Но ведь ясно он хочет меня! Уверена, что он не возражал бы видеть меня у своих ног! Тогда, почему бы ему не сделать меня своей рабыней? Где Земля? Где мой прежний мир! Где мир, в котором я понимаю себя? Что это за место такое, что я не могу понять сама себя, и где я стала не такой, какой я была? Я никогда не должна была понимать себя такой, какая я есть на самом деле, потому что это запрещено! Но почему, это запрещено? Научите меня, тому, кто я есть! Научите меня! Освободите меня! Освободите меня, чтобы я могла быть собой и вашей Господин!»
Однако уже в следующее мгновение она сердито закричала на него.
И именно в этот момент началось разрушение.
Глава 2
Разрушение
В общем, по какой-то причине она сердито на него закричала.
А затем, внезапно, каждый из расположенных ярусами контейнеров прикрепленных к длинному коридору вздрогнул. Некоторые из них отломились от основания и, завалившись на бок, откатились от своих рядов. Будь коридор в этот момент заполнен воздухом, скорее всего, это сопровождалось бы громким металлическим лязгом, и звоном от падения яйцевидных камер на пол, рокотом из качения и стуком соударений.
Интересующий нас контейнер замер с небольшим эксцентричным наклоном к центру коридора, как и многие остальные. Несомненно, люди внутри его стен были сильно напуганы. Воздух начал с шипением вырываться наружу. Тэрл Кэбот прижал руку к оборванному вентиляционному каналу, через который эта сложная дыхательная смесь утекала из тюремной камеры. Почти немедленно узники контейнера начали страдать от падения давления его атмосферы. Человеческой форме жизни, как и многим другим, для выживания требуется наличие кислорода в той или иной форме. Обычно он усваивается из атмосферы в процессе газообмена. Одна форма жизни, например, может выдыхать в атмосферу ненужный продукт, фактически для него яд, который, что интересно, необходим для жизни другой формы жизни, которая в свою очередь испускает в атмосферу другой ненужный уже ей продукт, для нее ядовитый, и одновременно благоприятный, и даже необходимый, скажем, для первой формы жизни. Таким образом, этот обмен ядами становится подарком цветов жизни. Колеса природы крутятся. Неисповедимы пути Неназванного. Кюрам, кстати, для жизни тоже требуются кислород, точно так же, как какой-нибудь кобре или осту, леопарду или ларлу. Быть может, это имеет место и с Царствующими Жрецами, но об этом ничего не известно.