— Прекрасный вид, не так ли? — донесся голос из переводчика Пирра.
— Да, — не мог не признать Тэрл. — А где остальные? Вроде же собиралась целая охотничья партия.
— Мы прибыли раньше, — ответил кюр.
— У вас с собой только сеть, копье и нож, — заметил Кэбот.
— Мы не используем на охоте дальнобойное оружие, — объяснил Пирр.
— Это было бы неспортивно? — уточнил Тэрл.
— Да, к тому же, если мы начнем делать это, вся дичь здесь будет очень быстро истреблена.
— Так может, достаточно ваших когтей и клыков? — поинтересовался мужчин.
— В этом лесу хватает зверей помимо людей, — объяснил Пирр.
— И они тоже охотятся на людей?
— Некоторые, — ответил кюр, — ларлы, слины.
— Не было нужды показывать мне ваши скотские загоны, перед тем, как садится в шаттл, — проворчал Кэбот.
— Из них вышла бы никудышная дичь, — заметил Пирр.
— Несомненно, — вынужден был согласиться мужчина.
Кэботу не доставило удовольствия наблюдать огромные загоны, забитые настолько, что люди едва помещались в них, способные только, толкая друг друга, подползать к корытам с едой и водой, жиреть и жаться к решеткам, выглядывая сквозь прутья.
— Я сожалею, если тебя это обеспокоило, — сказал Пирр, — но Ты должен понять, что ваш вид — продовольственный вид. Это я еще избавил тебя от визгов и криков разделочного стола.
— Они не говорят, — напомнил Кэбот.
— По большей части, нет, — согласился Пирр. — Но иногда мы бросаем к ним туда и тех, кто умеет говорить, кто понимает то, что с ним будет сделано, но они неспособны общаться с другими.
— Понимаю, — кивнул Кэбот.
— Не беспокойся о них, — посоветовал Пирр. — Это — единственное существование, которое они знают. Они боятся только, что их продуктовые корыта не будут заполнены вовремя, что вода в поилках высохнет.
— Ясно, — сказал Кэбот.
— Ты когда-нибудь пробовал вкус человечины? — поинтересовался Пирр.
— Нет, — мотнул головой Кэбот.
— Хочешь попробовать?
— Нет, — повторил Кэбот.
— А ведь люди часто ели друг друга, — напомнил Пирр.
— Полагаю, что это верно, — вынужден был признать Кэбот.
— Но Ты не хочешь этого делать, не так ли?
— Нет, не хочу.
— Я тебя не виню, — прорычал Пирр. — Я сам не очень люблю мясо людей. Ты помнишь мое домашнее животное?
— Думаю да, — кивнул Кэбот.
— Не думаю, что мне самому захотелось бы съесть ее, — сказал Пирр, — поскольку я не любитель человечины, но я подумываю о том, чтобы продать ее другому, тому, кто мог бы найти ее вкусной.
— Не сомневаюсь, что Вы сделаете так, как пожелаете, — пожал плечами Тэрл.
— Я думал, что тебе это могло бы быть интересно.
— С чего это? — осведомился Кэбот.
— Я вижу, — объяснил Пирр. — Я уверен, что Ты мог бы хотеть иметь ее.
— У нее волосы слишком короткие, — пожал плечами Кэбот.
— Но разве она не хорошо сложенная женщина одного с тобой вида, и того сорта которыми мужчины любят владеть?
— Она может стать такой, — сказал Кэбот.
— Я тоже так думаю, — поддержал его Пирр.
— Насколько я понимаю, Вы не одобряете план Агамемнона, — заметил Кэбот, — я имею в виду использование людей в завоевании Гора.
— Почему Ты сказал это? — поинтересовался Пирр.
— А почему мы здесь, одни, на краю леса, пришли сюда до прибытия охотничьей партии.
— Для человека Ты умен, — признал Пирр.
— Агамемнон, я так понимаю, — сказал Кэбот, — не знает о том, что я здесь.
— Кое-что, похоже, может избегнуть даже поля зрения Одиннадцатого Лика Неназванного.
— Некий несчастный случай, который здесь произойдет? — уточнил Тэрл.
— Тебе стало любопытно, — развел руками Пирр. — Ты отошел от остальных.
— Это было неблагоразумно с моей стороны, — усмехнулся Кэбот.
— Не особого смысла коситься на мой кинжал, — предупредил кюр, — он заперт в ножнах, а Ты не знаешь, как надо нажать, чтобы открыть замок.
— Вы готовы бросить вызов желанию Агамемнона?
— Агамемнон проницателен, — сказал Пирр, — но он мало что знает о чести. Он готов использовать людей, наводнив ими Сардар, чтобы истребить Царствующих Жрецов. Этим он отнимет у кюров славу победы.
— Но ведь, это могло бы спасти жизни многим кюрам.