-Мэй, ты не хочешь мне отвечать? -малышка внимательно посмотрела на Тициану.
-Просто она очень похожа на мою маму.-вот так. Простая истина.
-А ты разве знаешь как выглядит твоя мама?
-Нет. -вздох огорчения вырвался из уст девочки.-Папа сказал, что у него нет фотографий мамы. -Тициана напряглась.
-Тогда почему ты думаешь, что тетя Шэннон похожа на нее?
-Мне папа рассказывает о ней. -коротко ответила Мэй. -Иногда, когда я прошу.
-Ты хочешь сказать, что он описывает ее? То, как она выглядит? - легкое подозрение поселилось в голове у женщины.
Мэй согласно кивнула.
-Но ведь по описанию сложно понять о ком идет речь, милая.
-Нет - спокойно произнес сонный голос. -Папа говорил, что у мамы самая красивая улыбка… И добрые глаза. -Тициана незаметно покачала головой. Зря она заподозрила неладное. Детское восприятие мира и правды бывает идеализированным. А одинокая душа ребенка, истосковавшаяся по материнской любви тем более.
-Папа говорил, что у мамы глаза цвета поздней осени…-продолжала между тем малышка.
-Что это значит? -прежнее чувство тревоги вернулось с двойной силой.
-Бабушка, что тут непонятного! -сон в глазах девочки моментально исчез. Она с неожиданной живостью подскочила с кровати и подбежав к маленькому книжному шкафу вытащила из кипы альбомных листов один особенный и торжественно поднесла его Тициане.
-Вот, смотри. -Тициана опустила взгляд на белый прямоугольник. На нем было изображено большое дерево с буйной листвой. Но листва была не зеленного летнего цвета. Нет.
-Расскажи мне, Мэй. Что значит это дерево. -осторожно поинтересовалась женщина, уже готовая к ответу.
-Не дерево, бабушка. -возмущенно воскликнула Мэй. -Посмотри на листья. Смотри какого они цвета.
-Их тут много -согласилась Тициана. -Тут очень много цветов.
-Ну вот. Вот и папа говорит, что у мамы глаза цвета этих осенних листьев. Ты же видела глаза тети Шэннон?! -воодушевленно продолжала девочка. -Вот и у тети Шэннон они такого цвета. Ни зеленые и не коричневые и даже не медовые!
-Ты знаешь, что значит медовый цвет?
-Бабушка, я уже большая!-нахмурилась возмущенная Мэй-Я знаю, какой это цвет. Вот! -и она пальцем указала на один из листьев висящем на том злосчастном дереве.
Тициана долго смотрела на вольный рисунок, прекрасно понимая о чем говорит малышка. У Шэннон действительно были глаза удивительного цвета. Вернее сочетания цветов. И может быть у матери Мэй, они были такими же. Но это не значит, что Шэннон мать Мэй? Или все-таки чудеса случаются? Но почему родная мать не узнает собственного ребенка?
-Бабушка! -детский голос вырвал женщину из мыслей. -Ты не понимаешь меня!
-Понимаю, моя маленькая умница - Тициана отложила рисунок в сторону и посадила ее на колени. Мэй доверчиво прижалась к ней -Я понимаю все, о чем размышляет твоя головка. Но послушай меня, Мэй. Это не значит, что тетя Шэннон твоя мама. Милая, я не хочу, чтобы ты разочаровывалась. Твой папа не хотел бы видеть твоих слез. Разве папа недостаточно любит тебя? -кудрявая головка медленно кивнула. -И я тебя просто обожаю. У тебя столько друзей. Раз твоя мама решила уйти, значит есть на то причина. И однажды папа тебе скажет. А пока, не мучай свое маленькое сердце ожиданием. Хорошо?
Мэй молчала. Обмякшее тело свидетельствовало, что девочка почти заснула. Тициана глубоко вздохнула. Кто же знает, что произошло в жизни этих одиноких душ.
-Спи, моя кроха. Завтра будет новый день. -тронутые морщинами руки медленно погладили хрупкие детские плечи.
-Бабушка?-почти проваливаясь в сон повала Мэй.
-Да?
-Тетя Шэннон так крепко обнимает… - и она заснула.
-Ну что, мы все на связи? - На экране появилась взъерошенная голова Мари.
-Мари, стесняюсь спросить, но чем ты занималась? Что за вид! -Кристи приблизила лицо, чтобы лучше разглядеть ее.
-Ты задаешь вопросы к очень очевидным ответам, Кристи! - зло хихикнула Шэннон и накинув на плечи теплый жакет вышла на веранду. Вечер был прохладным, как она и ожидала. Устроившись на кресле-качалке она с блаженством вытянула ноги и улыбнулась.