-Виновата, признаюсь.- в знак капитуляции приподняла руки Шэнон. Мари улыбнулась и снова обняла ее. На миг перед глазами Кикко и Луки возродилась та прежняя Шэнон. Жизнерадостная и полная сил. Кристиан увидел её улыбку и словно мир пробудился ото сна. Счастье — вот что он почувствовал на миг. Но в следующий его накрыла волна гнева из-за несправедливости.
-Шэнон, мы можем поговорить наедине? - в голосе послышались стальные нотки.
-Может не сейчас — почувствовав раздражение друга предложил Лука.
-Именно сейчас. Может другого момента и не быть.
Они видели как Шэнон медленно выпустила Мари из объятий, уверенно кивнула на её немой вопрос и уже совсем другая повернулась к нему. Другая, то есть чужая.
-Лука, - обратилась она к парню. - спасибо за заботу и прости, что причинила столько неудобств.
-Главное, что с тобой все в порядке. - обратился к ней Лука.
-А иначе и быть не может. Ты же знаешь, я не из робкого десятка. - подмигнула она ему хитро.- А теперь, Мари, дайте нам поговорить с Кикко наедине.
-Ты уверена, что в состоянии? -Мари бережно коснулась её логтя.
-Не уверена, но лучше закончить всё здесь.
Мари и Лука вышли, прикрыв за собой стеклянные двери. Повисла тишина, которой никогда не было в их жизнях. Тишина полная ужаса и неловкости, страха и несправедливости. Кристиан украдкой следил за Шэнон, пытаясь уловить хоть один луч её расположения. Просто, ради одного прости. Но зря. Еще никогда в своей жизни он не чувствовал себя так паршиво. Именно паршиво. Но одно радовали, она готова была говорить. Может они смогут найти компромисс и разойтись в более или менее хороших отношениях. И скоро весь этот ад во лжи мог закончиться.
А Шэнон между тем словно медленно умирала. Уже в который раз за эти двое суток и казалось силы покидали её. Но она должна была в последний раз взглянуть в глаза своим демонам, чтобы уйти и начать сначала. Но её демон стоял позади и в напряженном молчании жег ей спину взглядом. Хм, усмехнулась Шэнон, представляя как она сейчас выглядит. Ужас, если не сказать большего. Но еще бы! Не мытая и не причесанная вот уже сорок восемь часов. Такого не случалось еще никогда. Но ничего, надо собраться с мыслями и всё. Завтра будет новый день и все измениться. Завтра она возродиться и все в её жизни будет по новому. Она перестанет жить для других. Будет лишь она и её счастье. Настоящее счастье. А не придуманное.. как было с ним.
Шэн бросила взгляд на отражение Кристиана в окне. Он стоял прислонившись спиной к столу, скрестив руки на мужественной груди. Такой убийственно привлекательный и такой несправедливо чужой. С самого первого дня их знакомства лишь один взгляд на него приводил Шэнон в восторженный трепет. Словно она просто забывала дышать, а глаза не могли насытиться глядя на него. Черноволосый и смуглый от рождения он сочетал в себе ту смесь убийственного обаяния, которыми обладают чистокровные итальянцы. Хотя изначально, Шэнон угадывала в нем повадки испанцев, которых она просто боготворила. Но Кристиан был истинным итальянцем. По крови и воспитанию.
Сколько раз в течении их совместной жизни она замирала в немом восторге от его повседневных поступков, незаметных движений, невзначай произнесенных фраз. Во всем этом она его узнавала и изучала как книгу без конца. Он был для неё незаконченной сказкой и с каждым днем любовь к нему просто проникла в неё. Хотя он никогда не давал ей повода для лишних надежд. Их союз изначально был чистым договором. Просто со временем они так привыкли и пропитались друг другом что все первые условия ушли на задний план и казалось, по крайней мере Шэнон, что всё забылось и их семейному союзу не будет конца. Ей казалось.... хм, какая ирония.
Шэнон всматривалась в его нечеткое отражения. И хотя от усталости перед глазами всё расплывалось, она могла с точностью до родинки на его теле описать все его черты. Шэнон прикрыла глаза и образ Кристиана возник перед ней. Всегда четко стриженые волосы цвета смолы, круглое, но слегка вытянутое у подбородка лицо он предпочитал оставлять небритым. Легкая щетина делала его лениво сексуальным, а томительный взгляд его черных глаз просто забыть о времени. Забыть и смотреть в них до бесконечности, особенно когда он улыбался и белизна зубов контрастировала со смуглой кожей. Его кожа, такая гладкая и теплая. Он до безумия любил море и солнце. Шэнон вздохнула поглубже, словно наяву почувствовав запах его кожи. Она любила бесконечными минутами гладить её по утрам. Утрам, что они проводили вместе, просыпались вместе... а потом он разбуженный ласками обнимал её крепко крепко и хриплым голосом желал доброго утра. И казалось счастье Бог создал для них. Потому что она была счастлива, так счастлива что порой становилась страшно. И страх этот постучался к ей в дверь!