-Ты так уверенно говоришь об этом?
-Я слишком хорошо знаю себя.
-В жизни всегда есть место вероятности.
-Не в моей.. - Шэнон отпила немного горячего капучино и пожала плечами - И не сейчас.
Они нашли их сидящими за маленьким столиком под тенью раскрытого зонтика. Они сидели уединенно от остальных посетителей кафе. Утро было будничное и оживленное движение свидетельствовало о начале рабочей недели. Слишком много любопытных, чтобы устраивать сцену. А именно этого ему хотелось больше всего. Не смотря на все тревожные сигналы его разума вместе с памятью, что отрывками вбрасывала ему слова сказанные Шэнон, внутри него опять кипел вулкан. Ему так хотелось подмять под себя этого холеного красавца и надавать со всей злости, накопленной за эти дни. Кристиан не мог смотреть на это. Они сидели и мило разговаривали. Настолько тихи были их голоса, что даже сидящий рядом не услышал бы ничего. О чем они так миловались? В мышцах начало колоть. Захотелось хрустнуть всеми двухсот семью костями своего тела. Но Кристиан стоял на месте. Он не хотел, чтобы вся работа над самоконтролем, пошла коту под хвост. Он дал себе слово держать себя в руках. Иначе он больше не выдержит холода слов и взглядов Шэнон. Ему надо было исправлять ситуацию.
-Почему ты мне до ужаса напоминаешь быка на корриде, а тот писанный “недо-красавец” ту самую красную тряпочку? - напряженную тишину нарушил голос Кристи, что скрестив руки на груди внимательно наблюдала за картиной разворачивающейся перед ее глазами. Зеленые глаза были холодны, а постукивающий палец на предплечии не обещал ничего хорошего.
Лука услышав такое, попытался скрыть рвущийся наружу смех. Только Кристи могла вывернуть такую драматическую ситуацию наизнанку и превратить ее в трагикомедию.
-Прости?- до затуманенного разума Кристиана наконец дошел смысл слов девушки. Он взглянул на ее серьезное лицо, потом перевел взгляд на Шэнон и Мигеля. Пора действовать.
-Кристи, я все расскажу тебе. Сам. Не делай поспешных выводов. Просто порадуйся встрече с Шэн и потом ты все узнаешь. Пошли, мне надо поговорить с ней, а потом приходи ко мне в кабинет, хорошо?
Рыжеволосая пару секунд взвешивала его слова. Потом согласно кивнула и двинулась вперед.
-Ну что же, посмотрим чьи головы полетят первыми.
Лука наконец дал себе волю фыркнуть в голос. Наверное все это судьба, раз нужные люди появляются в нужное время.
Как думаете, к добру ли появление Кристи в этой истории?
Глава 14
-Простите, вы что-то хотели? -обратился Мигель к девушке пару секунд назад подошедшей к их столику. Что-то в ее облике настораживало. Она не была похожа на прохожую, которая с вежливостью и извинениями хотела бы спросить о всякой мелочи. Напротив, ее пристальный взгляд создавал такой непривычный для него дискомфорт. Удивленная странным тоном Мигеля, Шенон собралась было обернуться к прохожей, как вдруг ее голос заставил подскочить девушку на стуле.
-Я бы хотела переключить внимание моей подруги с Вас на себя.- с претензией в голосе ответила Кристи и увидела как лицо незнакомца вытягивается то ли от удивления, то ли от не скрытой грубости ответа.
-Кристи? -еще секунду назад напряженная от их разговора Шэнон вдруг преобразилась. На лице расцвела такая гамма чувств, что Мигель на миг потерял дар речи. Он видел ее разной: милой, вежливой, деловой, сосредоточенной, задумчивой, напуганной, уставшей. Но никогда еще он не видел ее такой яркой от неожиданной радости. Казалось внутри нее взорвалась радуга, к которой так хотелось прикоснуться.
-Кристи, это ты! - Шэнон в долю секунды подскочила на месте и бросилась к девушке стоящей позади нее. -Не могу поверить! Это ты! Вернулся тихий ураган нашей жизни! - крепкие объятия девушек и их неподдельные улыбки на лицах свидетельствовали об их, действительно, близкой связи. В порыве радости Шэнон то сгребала ее в охапку, а то отстроняла от себя и осматривала с ног до головы.
-Почему ты ничего не сказала! Когда ты вернулась? А Мари уже в курсе? Как же ты изменилась, бестия ты наша!
Звонкий смех был ответом на всю эту словесную атаку. Рижеволосая, еще недавно смотревшая на Мигеля с непонятной враждебностью, вдруг стала милым мурлыкающим котенком. Мигель в конец опешил. Такое разве могло быть?