-Шэн, откуда ты узнала, кстати?- удивление прозвучало в его голосе. -Вроде, Кристиан не собирался тебе этого говорить.
-Упёртый глупец. -сидя уже в машине выпалила Шэннон и завела мотор. -Вечно он умалчивает о самом важном!
-Он просто не хотел тебя больше вмешивать во все. Он решил сам рассказать им о вашем расставании..
-Его благие намерения вечно ведут не туда!-в сердцах кричала Шэннон.
-Так что случилось? Почему ты ищешь его?
-Мне надо догнать его и сказать кое-что.
-Догнать?-Лука был действительно растерян. -Но он уехал почти час назад.
-Черт, черт, черт.
-Шэн, может ты остановишься? У меня такое чувство, что ты действуешь импульсивно. Неужели, твое дело не может подождать, пока он вернется.
-Лука, по твоему, не будь дело срочным, я бы рвалась увидеть Кристиана? -раздраженно спросила она.
-Ты права… Скажи, чем я могу тебе помочь?
-Он куда-нибудь собирался заехать перед дорогой?
Лука задумался.
-Если не ошибаюсь, он хотел переодеться в отеле и забрать вторую машину из дома.
-Ты про ту недо машину?
-Именно.
-Отлично. Уж в скорости эта красотка уступает машине Кристи. Так что, возможно я успею догнать его.
*Figliola-дочь, доченька
**Settebello-карточная игра
Ну что, дорогие мой, приглашаю на разбор полётов.
Стоило ли Шэннон ехать за ним?
Догонит ли она его все-таки?
И к каким последствиям приведёт все это?
Глава 18
Дорога до виллы Алессандро занимала плюс-минус два часа. Поэтому, закончив с делами в офисе, Кристиан поспешил вернуться в отель, принять душ, взять необходимое и заехать за своей любимкой. Любимкой он называл Cadillac Eldorado*, купленный в совместное владение с его дорогим стариком, также увлекающимся ретро машинами. Было время, когда он с интересом разглядывал аукционные фотографии выставленных на продажу красавиц и с сожалением думал, что этой мечте не сбыться. Однако встреча с Алессандро изменила все. Он смог многое. Он смог стать достаточно уверенным в себе человеком. Усмирить в себе вспыльчивый юношеский характер и смириться с обидой на эту жизнь. Поэтому эта поездка казалась ему медленным восхождением на эшафот. Кристиан словно наяву видел чувство разочарования в глазах дорогих ему людей. Почему это раньше не приходило ему в голову. Как он мог так забыться в своей любви к Лоле, что не думал о последствиях? Единственный страх гложил его тогда-боязнь причинить боль Шэннон. Но были еще и Моника с Алессандро. Люди ставшие второй семьей. Подарившие ему столько теплых моментов жизни, что хватило бы еще на пару поколений.
Дом встретил его серой тишиной. Кристиан смотрел на железные ворота и чувствовал как знакомое чувство тоски поднимается внутри. Он скучал. Он как безумный скучал по дням, когда спешил сюда, в место называемое их домом. Что же теперь делать? Эта мысль уже не раз посещала его за последние дни. Возвращаться он не собирался, а тем более приводить Лолу. И продавать рука не поднималась. Возникало чувство, что дом застрял в невесомости и дотянуться до него стало невозможным. Предложить Шэннон остаться в нем? Навряд ли она согласиться. Это было бы похоже на плевок в душу. Тем более она ясно дала понять, что хочет оборвать все связи с ним. Кто знает какое решение она примет? Куда уйдет или уедет?
День был достаточно прохладным для этого времени года, но было даже лучше. Откидной верх несущейся вперед любимки позволял ветру охладить его пылающую душу. Спидометр отсчитывал километры приближающие его к месту исповеди. Там, где он окончательно признает свои ошибки. А их у него накопилось много за последнее время. В голове всплыли слова Кристи: “Лола не твоя ошибка. Она твое наказание”. Рыжая бестия была права. Увиденное после повергло его в шок. Слова сказанные Лолой заставили душу окаменеть. Его виной было это. Будь он более решителен, Лола не позволила бы себе так унижать Шэннон. А Шэннон? За секунды, что он несся от здания к ним, он видел каким бледным становилось лицо девушки от оскорбительных фраз брошенных в ее адрес. Как отчаянно она сжимала кулачки и расправляла плечи, дабы не дать понять, как унижена ее душа. Слишком много иголок они с Лолой воткнули в нее. Он и сам не особо отличился, если углубиться в прошлое и вспомнить его исповедальный монолог перед Лукой.