-Остановись, Кристиан! -Шэннон попыталась высвободится, но сильные мужские руки не хотели отпускать ее. Ей было тяжело дышать рядом с ним. До сих пор тяжело. -К чему ты все это говоришь? Я не хочу слушать!
-Тогда зачем ты приехала, Шэн? -Кристиан вплотную прижал ее к себе заставив высоко поднять голову. -Я тебе еще вчера сказал уходи и забудь. Зачем ты снова маячишь перед моими глазами! Ты хоть понимаешь, как это тяжело? Уйди наконец. Дай мне одному справиться со всем. -Горящие глаза покрылись серебристой пеленой. В них пылало отчаяние. Шэннон видела с какой силой сжимались его челюсти, а на висках выступила легкая испарина. Он был зол.
-Я и не собираюсь оставаться. Делай со своей жизнью , что тебе вздумается. Хочешь искупай грехи! Хочешь продолжай лгать всем вокруг пока не найдёшь ответы на вопросы. Мне уже не интересно!-Шэннон в порыве отчаяния схватила его за воротник четко выглаженного поло. Они оба тяжело дышали. Напряженные тела были готовы к моментальной схватке. Такого еще никто из них не испытывал. Шэннон корила себя за импульсивное желание приехать сюда. Ведь все можно было пустить на самотёк и дать Алессандро решить эту проблему. Но нет, она очертя голову понеслась в эту даль и всю дорогу только и думала, как бы успеть и перехватить Кристиана. У нее получилось. Но каков результат? Она стоит в кольце железных рук бывшего “ненавистного” мужа и ведет разговор вскрывающий еще не зажившие раны.
-Тогда зачем ты тут, Шэн? Что ты хочешь от меня? Ты приехала в эту даль, что бы поругаться?-Кристиан задыхался. Он слишком явно ощущал ее близость. И хоть разум не мог понять к чему идет этот разговор, но тело реагировало на ее горящие щеки, широко распахнутые глаза, на ее мягкую кожу под его пальцами. До боли захотелось прижаться к ней, распустить эту детскую косу и зарыться в шелковистые волосы. А потом? А потом остановить время и забыть обо всем.
-Мне звонил Алессандро.-увлекшись своими мыслями Кристиан не сразу понял о чем идет речь.
-Но почему он не позвонил мне? -нахмурился парень и ослабил хватку.
-Он и звонил, только ты трубку забыл в офисе. - осуждающе ответила Шэннон. -А еще ты поставил меня в неловкую ситуацию. Алессандро понял, что я не знала о сегодняшнем ужине.
Кристиан спохватился. На секунду задумавшись он начал ощупывать свои карманы, бросил взгляд на сидения машины. Но сотового действительно нигде не было.
-Как я мог забыть его?-вопрос был глупым, но необходимым. -Ладно, это неважно. -Кристиан махнул рукой. -Прости, что поставил в неловкое положение. Я не мог предположить, что так все произойдет. Что он сказал?
-Сказал, что все знает!
-Что все?-крепкие руки Кристиана сжались в кулак.
-Про нас тобой. Не знаю в каких подробностях, но он в курсе о нашем расставании.
-Как же он мог узнать? Я собирался сегодня им все объяснить.
-Даже не думай! -Шэннон резко всем телом качнулась к нему.
-Почему?
-Он искал тебя, чтобы попросить ничего не рассказывать Монике.
-Но…
-Кристиан, ее состояние ухудшилось… -Казалось ноги не хотели его больше держать. Он в спешке облокотился об машину.
-Снова? -в вопросе было столько отчаяния, что сердце Шэннон дрогнуло от жалости к нему. Она знала как он дорожил этой женщиной. -Они же говорили, что последнее лечение пошло ей на пользу?
-Видно что-то пошло не так.-тихо ответила девушка и тоже подошла к машине. -Поэтому он просил не беспокоить ее плохими новостями.
Кристиан пару минут сидел неподвижно. Лишь вздрагивающие ресницы свидетельствовали о его глубоком погружении в свои мысли.
-Не таким должен был быть закат ее жизни. -тихо произнес Кристиан. Слезы навернулись на глаза девушки. Это было тяжело. Они все знали о ее болезни, но делали вид что все хорошо, жизнь продолжается, что позитивные мысли это лучший лекарь… Так говорила сама Моника. Но видно чудес не бывает.
-Кристиан, мне жаль… -Шэннон протянула руку желая коснуться его, но он резко дернулся и решительно встал на ноги
-Все понятно. Уже нет пути назад.
-О чем ты?-Шэннон напряг его холодный тон.
-Не переживай, тебя это не коснется. -Кристиан перевел на нее затуманенный взгляд -Спасибо, что все бросила и приехала предупредить. И прости, что вновь варишься в моих проблемах.