Рэндар прислушался к звукам из — за двери, только лёгкий, слабый стон…
Прижался к двери ладонями:
— Аталь! Эй там, ей плохо?
— Ой, уйди, придурок! — взвизгнула Аталина — Выйди на улицу…
" Все хорошо, Аркас. " — усмехнувшись, стукнул в ответ мыслеформой — " Она меня послала… "
— ОЙ, МАМОЧКИИИИИ! НЕБИЛЛОВЫ ДЕТИИИИИИИ!!!
Резкий крик, протяжный, как вой… И, вслед за ним — какой то хлюп, будто наступили в жижу, мелкий звук, похожий на кашель… И резкий, пронзительный требовательный детский плач.
— Все в порядке, слышишь? — рявкнула из за двери Неяда — У тебя дочь, Рэндар. Девочка! Ты понимаешь, ЧТО это значит?!
Справляясь с внезапной слабостью, распахнул дверь. Перед глазами померкло — с чего бы… Да что с ним вообще происходит?! Но быстро пришёл в себя, пощёчина от Неяды — хорошее средство от стресса. Вы все ещё падаете в обмороки? Тогда по морде вам лапой с когтями…
— Приди в себя, Рэндар! У тебя дочь. Наблюдатель. Иди смотри сам.
Аталина лежала на высокой кушетке, прикрыв глаза. Рядом возился врач, кучу процедур надо было ещё провести. Роды быстрые, на восстановление же в любом случае нужно время.
— Ты только сюда не смотри, Рэндар… Я сейчас страшная, понял? Не хочу, чтоб ты меня видел такой…
Аталина несла бред, она понимала сама и все равно несла, с трудом ворочая во рту языком и разлепляя спёкшиеся губы.
— Не буду, маленький.
— Руки сделай нормально. — командовала Неяда — Убери броню. Жар сбавь. Это твоя дочь, а не Нэйд. Вот, держи.
Девочка, завернутая в мягкую пеленку так, что видно было только сморщенное смуглое личико, внимательно посмотрела в глаза Рэндару светящимися сапфирами. Тёмно — синяя радужка, сияющий темно — голубой зрачок.
Наблюдатель. Одна из тех самых, Избранных, о которых слагали легенды. Потомки тех, первых, которых больше нет…
Непонятно, по какому принципу рождающиеся время от времени в разных семьях. Очень редко. Перед какой — то большой катастрофой. Или обновлением…
— Провожу доктора наверх, в гостевую. — сказала Неяда, приняв человеческий облик.
Тонкие изящные руки, кисти, пальцы с чуть загнутыми вниз ногтями, сильное стройное тело, нервные черты лица, копна чёрных волос.
— Я останусь до утра, линары. — доктор говорил вполголоса — Мало ли…
— Само собой, — кивнул Корделл, не отрывая взгляда от дочери — Скажете прислуге, что надо.
— Ты похож на дебила, Рэндар. — Аталина улыбнулась, принимая из его рук кряхтящий свёрток — Вот зачем ты ворвался? Позвали б тебя.
Корделл присел на край кушетки, обняв ноги девушки, замотанные покрывалом.
— Прости, Аталь. Я тебя в это втянул…
— Ооо, — простонала она — Начинается! Во что ты меня втянул? Я сама хотела…
Обнажив грудь, неумело приложила к ней девочку. Немедленно раздалось чмоканье и сопение.
— Она Наблюдатель, Корделл. К чему это?
" К войне. Или к миру. " — подумал он, скользя расплавленным от боли и любви взглядом по черным коротким волосам малышки. По груди пары, принадлежащей сейчас не ему, а мелкому прожорливому существу. Маленькому пришельцу, до одури, до боли любимому. Стоящего того, чтобы разорвать глотку любому, кто приблизится.
— Люблю тебя, Аталина.
— Я тоже… Скажи, что все будет хорошо. Я поверю.
Он хотел сказать это, даже открыл рот…
" Все, Корделл. Они здесь. " — мыслеформа стукнула набатом в висок.
Он поднялся, обнял Аталину резко, отрывисто. Потом отстранил. Как оттолкнул.
— Я пришлю прислугу, Аталь. Как её там, Кэсси?
— Касси. Что случилось? Ведь что — то…
Гул, который они услышали, начинался далеко. Может даже, где — то в районе Белых Гор или Серого Региона…
Корделл вышел, прикрыв дверь и борясь с искушением повернуть в замке ключ.
— Твою же мать… — Аталь посмотрела в странно — взрослые глаза дочери — Скажи мне хоть ты, что происходит?
Новорождённая девочка, которой даже не успели дать имя, смотрела на мать.
Поразительным, светящимся, сине — голубым взглядом. Она знала все.
Да только толку — то…
Глава 38
После маревного утра и яркого дня на Ронгор упал вечер. Не наступил, просто упал. Прикрыл город, как перевёрнутой чашкой.