На другом берегу деревья, стоящие густыми рядами, напоминали мрачную крепость. Она проехала по пустой улице на своем кабриолете. Место больше походило на огромную пустыню, чем на промышленную зону. Между частично сгоревшими складами росла высокая трава. Большинство зданий выглядели заброшенными, Лизин видела лишь несколько разбросанных по округе автомобилей и грузовиков.
Осторожно, не останавливаясь, она проехала мимо указанного адреса. Место назначения представляло собой большой заброшенный участок, в конце которого среди растительности были видны несколько зданий, недоступных на машине.
Ничто особенное не насторожило ее. Поэтому она вернулась и припарковалась в ста метрах от того места. Затем продолжила путь пешком, пробираясь между кустами и колючими зарослями, пробившимися сквозь бетон, и направилась к одноэтажным зданиям, стоявшим в пятидесяти метрах от нее. Возможно, это были бывшие офисы или небольшие мастерские.
Сбоку она увидела дом, или, скорее, уродливый двухэтажный бетонный блок. Тишину вокруг нарушал лишь непрерывный гул. Поблизости не было ни собаки, что было одновременно успокаивающим и пугающим. Лизин увидела окно, но оно было слишком высоко, чтобы можно было пролезть. Входная дверь была защищена решеткой. Девушка осмотрела замки. Из кармана она достала ключ, найденный в конверте, и вставила его в замок. В тот момент, когда она услышала щелчок, напряжение в ее теле возросло. Ключ подошел. Она потянула решетку на себя. Повернула ручку двери.
Дверь была открыта...
9
В деревне Вера в четвертый раз пыталась завести свою машину. При каждой попытке все повторялось: она поворачивала ключ, слышала легкий звук, наблюдала, как загорались различные индикаторы, как обычно, но ничего не происходило. Она в ярости ударила руками по рулю.
- Черт!.
Она всегда боялась, что такое может случиться, и, конечно же, это произошло в разгар зимы. Теперь, даже если она могла отказаться от парикмахера, то не могла сказать того же о еде: ей нужно было как можно скорее запастись продуктами. Через неделю ее запасы консервов, суп-порошка и алкоголя были бы на исходе. Но, главное, у нее не было спичек, которые были нужны, чтобы зажечь печку.
Она поискала кнопку, чтобы открыть капот, с трудом подняла его из-за льда и в конце концов поняла, что ее усилия были бесполезны: ее знания в механике были практически нулевыми. Она почувствовала себя совершенно беспомощной. Она должна была смириться с очевидным: в город она не доберется еще долго.
Девушка закрыла капот и обнаружила, что на переднем номерном знаке нет снега. Она наклонилась и поняла, что кто-то его счистил, как будто хотел прочитать номер. Среди многочисленных следов, которые она сама оставила вокруг машины, она не смогла разглядеть других. Она побежала к заднему номеру, где увидела, что снег все еще не убрали... Все было очень странно.
Вера посмотрела в сторону деревни: руины, неподвижные, как на старинной картине. Они напоминали сцену конца света. Вдали из бывшей пекарни выходила фигура, согнутая под тяжестью канистр.
Мужчина остановился посреди замерзшей дороги и поставил свой груз, чтобы помахать ей. Вера узнала Арно Лемера. Он проводил свою вторую зиму в сборном фургоне и тоже потерял все из-за этой проклятой болезни. Должность руководителя, жену, детей...
Вера в ответ тоже кивнула и направилась к нему. Они поздоровались и обменялись несколькими словами. Мужчине было около пятидесяти лет. С его длинной седой бородой свисали сосульки. К сожалению, он ничего не знал о машинах и не мог ей помочь.
- Мне очень жаль.
Но кто-нибудь сможет отвезти вас в город. Или мы можем отвезти вас через два дня с Жераром, бывшим профессором, который живет через два дома от меня. Мы можем вас подвезти, чтобы вы могли вызвать эвакуатор.
- Спасибо, я воспользуюсь вашим предложением, если не смогу решить проблему иным способом. Слушайте, вы не видели, чтобы кто-нибудь рылся вокруг моей машины?.
- Кто бы стал такое делать?.
- Вы правы. Это глупо....
Она попрощалась с ним, вернулась на тропинку, усыпанную тяжелыми еловыми ветками, и вошла в лес, который в этот ранний день был темнее обычного. Густой пар, вырывавшийся из ее рта при каждом шаге, мешал ей видеть.
Ей казалось, что ее лицо каменное. Она потерла нос и щеки. Даже кровь от холода отхлынула в жизненно важные органы.