Она без устали повторяла себе эти инструкции. Она постоянно представляла себе каждое движение атаки. Часы, которые она пролежала на земле, казались ей целыми днями, но это были последние... Эта мысль придала ей мужества.
Вдруг, резкий звук.
Он входил.
37
Как только Ангер отправил их, Лизин поспешила просмотреть видео. Пять недавних видео, снятых Мёльцером после того, как он переехал в Сен-Мор. Все та же отвратительная мелодрама, смесь секса, нанесения увечий, унизительных действий в местах, от пустого бассейна до подземных тупиковых коридоров. Конечно, это было отвратительно, но не сравнимо с жестокостью того, что было на пленке в ее распоряжении.
Однако на этих видео Лизин узнала несколько лиц, в частности, очень предприимчивого Жереми Теобальда. Она хотела понять, чего хотели эти чудовища. Зачем похищать и убивать бедную девушку? Может быть, им уже не хватало добровольных отношений? Может быть, эта орда животных считала себя всемогущей, стоящей над законом? Может быть, они решили повысить уровень насилия, запретного, трансгрессии, позволив себе убийство? Напасть на девушку, безусловно, возбуждало их. Видеть, как жизнь покидает ее после того, как они перерезали ей горло, а затем надеть свои вещи и вернуться домой, как ни в чем не бывало. По словам Ангера, Мёльцер уже несколько лет не становился автором официальных Aktion. Так чем же он занимался все это время? Существовали ли другие снуфф-фильмы, подобные тому, который был у нее? Эти дикие звери убили еще кого-то до Роми?
Пока в ее голове крутились все эти вопросы, на улице уже восходило солнце. Неясное, выбеленное утренним морозом. День обещал быть холодным и сухим. Лизин спустилась на кухню, чтобы заварить кофе, чувствуя себя все еще очень уставшей. Она взяла в руки фотографию своих родителей. Глядя на нее, она ничего не чувствовала, только огромную пустоту между ними, пространство, которое ей сейчас так трудно было заполнить... Через два дня она должна была вернуться в Руан, где ее ждало новое испытание: понять, что происходит с ее мозгом. Возможно, ей поставят диагноз неоперабельный рак, скажут, что ее воспоминания будут продолжать исчезать, смешиваться, что ей осталось жить всего шесть месяцев и что она должна воспользоваться этим временем, чтобы путешествовать, сделать все, что ей хотелось. - Рассказать правду родителям Роми, вот что я хочу... Наказать ублюдков, которые причинили ей столько зла.
Она отложила фоторамку и пролистала заметки о Жереми Теобальде, найденные ночью. Человек с жесткими чертами лица, всегда подведенными черными глазами и худощавым, нервным телосложением. Судя по ее исследованиям, изуродованная рука мужчины была не результатом несчастного случая. В 2017 году он добровольно отрезал себе указательный палец у друга, который делал пирсинг и татуировки — хирургическая операция была снята на видео — для перформанса в музее Migros в Цюрихе, который привлек несколько сотен любопытных зрителей.
Лизин провела часы, исследуя его извращенный мир. В частности, она обнаружила, что в 1999 году, в возрасте 21 года, Жереми, тогда студент художественного училища в Лионе, был осужден за покушение на изнасилование 17-летней девушки, которая отвергла его ухаживания после вечера в дискотеке. Он последовал за ней и напал на нее, когда она возвращалась домой. К счастью, жилец дома успел вмешаться и вызвать полицию.
Время, проведенное в тюрьме, по-видимому, стало причиной его «призвания. - Вскоре после освобождения он начал замыкаться в себе и бросать все более экстравагантные вызовы. Например, пересечь Пиренеи с грузом в девятнадцать килограммов, прикованным к лодыжке, пробыть неделю на платформе площадью один квадратный метр на столбе или запереться на пять дней в ящике высотой шестьдесят сантиметров, шириной шестьдесят и глубиной девяносто. Идея заключалась в том, чтобы постоянно подвергать себя тому, что он пережил в тюрьме: принуждению и лишению.
Журналистка также нашла несколько ссылок, в которых упоминались его появления в произведениях Мёльцера, но ничего больше. После ночи поисков в Интернете она по-прежнему не знала, кто были другие постоянные участники. Но это не имело большого значения, поскольку она знала о Жереми и знала его адрес: автосвалка в Ноизи-ле-Гран, в тридцати километрах оттуда.