Тогда я набрала другой номер, который должна была набрать изначально, и через три гудка мне ответили.
- Мне очень... плохо, - жадно глотая воздух, прошептала я, чувствуя, как лицо наливается кровью, - пожалуйста... Я неда...леко... от дома...
Закашлявшись, я выронила телефон и попыталась взять себя в руки, чтобы не предаваться панике, которая подступала. Закрыв глаза и представив себе, как я снова ласкаю Сэма, что влажными губами пытается отобрать у меня морковь, я почувствовала, как медленно, но верно начинаю расслабляться. Легкие, стенки которого, казалось, прилипли друг к другу, снова раскрылись, жадно принимая в себя воздух, и моя голова, до этого отяжелевшая, прочистилась. Привалившись к забору дома, я уставилась на небо, на котором показались звезды. Такие красивые, они светились, словно маленькие фонарики на полотне, сотканном из множества далеких планет.
Помню, когда умерла бабушка и я плакала, забившись в угол на чердаке, мама, найдя меня, сказала, что, когда мы уходим из этой жизни, то становимся звездами на небе, что освещают дорогу потерявшимся путникам. Когда я в парке в Йорке поздно вечером, то я шла по направлению звезд, которые в итоге вывели меня к людям. Тогда я поверила своей маме. А могут ли звезды помочь найти дорогу путникам, которые потерялись в этой жизни? Которые не могут найти себя, прийти к чему-то единому, к счастью, например?
Услышав шум шин, я повернулась на звук и увидела машину Лео, который припарковался рядом, пулей вылетев из автомобиля.
- Что с тобой?! - вскричал он, хватая меня, - Что произошло?!
Я посмотрела в его невероятные глаза, в которых читались испуг, страх и переживание за меня, и обняла его, крепко вцепившись в этого человека, как за спасательный круг. Дав волю своим эмоциям, я разрыдалась как маленький ребенок, уткнувшись в шею Лео, плечи которого тряслись.
- Я так переживал за тебя, малышка, - прошептал он, целуя меня в висок, - Что случилось?
Я все продолжала плакать, чувствуя, как сердце разрывается пополам оттого, как мне больно. Я не могу отпустить его. Но и не могу отпустить Атланта.
- Не уезжай, - прошептала я ему на ухо, - Пожалуйста.
Последнее слово прозвучала как мольба. Да, я молила его не уезжать. Да, я хочу, чтобы он был рядом. Как сейчас.
- Я не могу, - виновато произнес он, - мне нужно закончить этот курс и получить диплом об окончании. Но затем я вернусь. Я буду приезжать сюда каждый раз, как только мне выпадет возможность.
Я снова расплакалась, бросившись ему на грудь. Вцепившись в него, я глотала его запах, чтобы оставить его в своей голове, а затем доставать эти воспоминания из коробочки и думать о нем. Он уйдет. Джастина уйдет. Джон уйдет. И Атлант покинет меня. Буду ли я к этому готова? Нет. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Посадив меня в машину, Лео поднес к моим губам бутылку воды, я выпила практически все ее содержимое и откинулась на спинку сидения. Он сел рядом, завел двигатель, и мы поехали в неизвестном направлении.
- Что случилось? У тебя изнеможденный вид. Когда ты спала в последний раз? - озабоченно спросил Лео.
- Все хорошо, Лео, - прохрипела я, - Я в порядке.
- Когда ты спала в последний раз? - повторил свой вопрос он.
- Я проснулась несколько часов назад, - соврала я.
- Лжешь.
Джастина всегда говорила мне, что не понимала, как я могла врать Атланту 8 лет, но при этом не могла солгать учительнице, когда та поймала меня на невыполненном домашнем задании.
- Нет.
- Да.
Я прислонилась к окну машины лбом, все пытаясь взять себя в руки, но у меня не получалось. Слезы словно сами по себе лились из глаз, не давая мне покоя. Да сколько же можно?
- Куда мы едем? - попыталась сменить тему я.
- Туда, где мы сможем нормально поговорить, - ответил Лео, нервно постукивая по рулю, - Но перед этим мы заедем в супермаркет.
- Зачем?
- Я не могу смотреть на тебя, Эос. Тебя нужно покормить.
Я взглянула на свои руки, запястья которых теперь сильно выделялись. Устало выдохнув, я повернулась к Лео, вбирая в себя все его черты лица, чтобы не забыть потом. Взяв меня за руку, он поцеловал мою ладонь, и я прислонилась к его плечу, искренне желая раствориться в его нежных и теплых объятиях. Могу ли я сказать, что люблю его? Нет. Только время может ответить на этот вопрос. Я вообще не знаю, кого люблю, кого нет. Может быть, что вообще никого.