Выбрать главу

Я повиновалась и сделала все так, как он сказал, и тогда Атлант стал медленно двигаться, пытаясь научить меня кататься. Он сам прекрасно это делал в силу того, что когда-то занимался хоккеем. Все-таки он первое время жил в Нью-Йорке, и неудивительно то, что он некогда занимался этим видом спорта. 

- Почему ты смеешься? - спросил он, улыбнувшись.

- Да просто вспомнила, каким диким ты становишься, когда смотришь хоккей.

- Ну так,-фыркнул он, - Это такая игра, наблюдая за которой трудно остаться равнодушным. Это же не игра на сцене театра.

Я больно ударила его в живот.

- Хей, что ты имеешь против моего театра?! Это дом культуры!

- А что ты имеешь против спорта, а тем более против хоккея? -улыбнулся Атлант, нависнув над мной.

- Вот именно, что я ничего плохого о хоккее не сказала, придурок! -буркнула я, отмахнувшись от него и поезжая дальше.

Вот еще! Какой наглец! Театр-это святое, не то, что его хоккей, хотя, признаюсь, это очень динамичная игра, завораживающая своей внушительностью, мощью, а игроки вообще вызывают уважение. Они постоянно сталкиваются, падают, ударяются, устраивают настоящий мордобой, а сколько нужно сил, чтобы простоять столько времени на льду! Кошмар! Снимаю перед ними шляпу.  Обернувшись, чтобы осведомиться у Атланта, почему он не едет, я увидела, как он изумленно смотрит на меня.

- Что? -нахмурилась я, пожав плечами.

- Ты катаешься! - изумленно воскликнула Джастина, сев на велосипед и подъехав ко мне.

Только сейчас я поняла, что каталась без помощи Атланта. Сама. О Санта Мария, я при всей своей неуклюжести ни разу не упала и проехала большое расстояние на роликах сама! Обрадовавшись, я тут же упала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

 -Можешь, когда захочешь, - улыбнулся Атлант, помогая мне встать.

Я обняла его и продолжила попытки научиться кататься на роликах.

-Как-нибудь мы пойдем с тобой на лед и покатаемся на нем, - сказал Атлант, проезжая рядом со мной.

-Там так же трудно, как и здесь? -осведомилась я.

-Нет. Там все по маслу. Ты полюбишь лед, хоть на него больно падать, - пожал плечами Атлант и спустя несколько секунд рассмеялся, - У тебя такое замешательство на лице.

Закатив глаза, я пихнула его в бок.

 -Я тебе не картина в галерее, чтобы пялиться на меня.

- Уж, больно красивое у тебя личико, сладкая.

Он приятно улыбнулся мне и, завернув за меня, подтолкнул вперед.

- Когда ты познакомишь нас со своим парнем? - спросил Джон, проезжая мимо.

- Я думала пригласить всех в ресторан и вместе поужинать, - пожала плечами я, - Он вам понравится.

- Я не сомневаюсь, - подмигнула Джастина, - Расскажи, какой он?

Я блаженно вздохнула, улыбнулась и, предаваясь воспоминаниям, начала описывать его:

- Прекрасный, добрый, человечный, умеющий посочувствовать, поддерживающий в любой ситуации. Веселый, проникновенный. У него очень большое сердце.

- Сколько ему лет? - спросил Атлант с ничего не выражающим лицом.

- Двадцать три.

Атлант кивнул головой, ни разу не посмотрев на меня за это время.

- Мы будем ждать встречи с ним.

- Как дела с Лорой?

- Все отлично. После твоих слов я многое обдумал, особенное свое отношение к ней, и, знаешь, все стало еще лучше, чем было. Спасибо большое.

- Я рада за вас, - игнорируя вспышку ревности, улыбнулась я.

Взяв меня за руку и дернув к себе, он совсем не ожидал,  что я влечу в него. Атлант, обхватив меня за талию, стал плавно двигать бедрами, катаясь спиной.

- Ты такая горячая! – жарко рассмеялся он.

- Ага, как твои жареные тосты.

- Нет, как большой, стальной...

- О Боже, Атлант! - воскликнула Джастина, - Даже не смей говорить это вслух!

Мы все рассмеялись и поехали наперегонки. Атлант схватил меня за руку, и мы рванули так быстро, что с меня чуть не слетел темно-коричневый шарф, аккуратно лежащий на плечах. Раздался звонок телефона, который Атлант проигнорировал, увлекая меня за собой, когда Джон стремительно проехал мимо нас. Звонок раздался второй раз, но и его Атлант проигнорировал.

- Почему ты не отвечаешь? - еле переводя дыхание, спросила его я, пытаясь не выпустить его руку.

- Потом перезвоню - отмахнулся он, но я увидела в его взгляде печаль, которая чеерез секунду сменилась напускной радостью, - Ну же, давай, вперед!