Анна после моих слов откинулась на спинку стула и глубоко вдохнула в себя воздух, пытаясь не расплакаться, что тоже было удивительно. Она, как и ее собственная мать, всегда держала себя в узде, не показывая эмоций ни единой живой душе. Даже Атланту. Именно поэтому мне было очень странно видеть ее, плачущую в гостиной на коленях и умоляющую Атланта простить ее.
- Господи, какая же я дура, - болезненно простонала она, уронив голову на стол и разрыдавшись, -Я люблю его! Как его можно не любить? Он - единственное, что заставляет меня жить дальше!
Я подсела к ней, и она тут же уткнулась в мою грудь своей головой, сотрясаясь от рыданий. Оцепенев, я положила руку на ее спину и стала поглаживать, чтобы хоть как-то успокоить.
- Вы должны понять, что вам нужно поменять свое отношение к миру, а тем более к Атланту. Вам нужно думать о нем, а не о себе. Прошел тот возраст, когда вы могли вовсю кутить и бездельничать! Вы мать, в конце концов! И ваша обязанность воспитывать, оберегать и любить своего ребенка, а не вести праздный образ жизни и думать только о себе.
Вдруг заскулил Чарли, подняв голову над холодной плиткой, и Анна, оторвавшись от рыданий и собственных размышлений, кинула в него салфетку, громко сказав:
-Закрой рот, Чарли! Хватит стонать, словно раненый.
Но Чарли не замолчал, а лишь только сильнее завыл, опустив мордочку к полу.
- Это моя собака, и она слушается только меня, - донесся до нас холодный голос со спины.
Я закрыла глаза, понимая, к чему все это сейчас приведет.
- Прости, я не имела ввиду ничего плохого...- начала оправдываться Анна, но Атлант тут же прервал ее.
- Хватит! Хватит с меня твоих жалких оправданий. Я знаю, что ты ненавидишь мою собаку за то, что мне ее подарил человек, которого ты ненавидишь! -проскрежетал он, поцеловав Чарлика в нос,- даже мой отец не выдрежал жизни рядом с тобой и свалил на другой континент. Подальше от тебя. Пойдем, мой мальчик.
- Я не ненавижу его! - проплакала Анна, - Я просто устала.
- А развлекаться с уродами-мажорами, изменяющими своим собственным женам с тобой, ты не устала? –злобно усмехнулся Атлант.
- Атлант, хватит, -мягко сказала я, умоляя его взглядом прекратить это все, - Вам нужно поговорить в более спокойной обстановке.
- Что ты защищаешь ее, Эос? Твое чистое и наивное сердечко и ее пытается оправдать? Не надо, малышка. Она не тот человек, который заслуживает оправданий, а уж тем более прощения, - говорил Атлант неестественным голосом, от которого моя кожа покрылась мурашками. От него так и веяло арктическим холодом, - Она ведь и моего папашу увела из другой семьи. Моя мать не постыдилась того, что он оставил двух маленьких девочек и женщину, любившую моего папку, потому что мама, видите ли, была в то время красива, молода и особенно хороша в постели.
- Атлант, прекрати! - взорвалась я, ударив по столу, - Хватит!
- А чего ты хочешь от меня?! – воскликнула Анна. – Я всю жизнь росла без любви, и эти мужчины - единственные люди, которые дарят мне ее!
-Любовь?! –взревел Атлант, ударив по шкафу с такой силой, что тот хрустнул, -Ты считаешь, что, оплачивая твои счета, они любят тебя? Кому ты врешь, мама? Себе или мне?!
Анна разревелась рядом со мной, разразившись стонами от боли, возникшей из-за ужасно грубых слов Атланта, и съежилась на стуле, а я вскочила на ноги и стремительно подошла к Атланту, схватив его за ворот футболки.
- Ты совсем охренел?! - прошипела я тихо, - Ты не видишь, что делаешь ей больно?
- Кто, как не она, заслуживает боли? -тихо ответил он, смотря на меня своими безумными глазами.
Совершенно дикий огонь горел в них, отчего мне стало не по себе.
- Прекрати...- мягко выдохнула я, прикоснувшись к его щеке. - Мой Атлант никогда бы не сказал этих слов, понимая, что этим доставляет страдания другому человеку, -Он изумленно посмотрел на меня, а я лишь слабо улыбнулась, уткнувшись в его грудь, – Мне нужен мой Атлант.
Я ощутила, как его рука мягко легла на мою голову, поглаживая ее, другая обвила меня за талию, прижав к нему, а затем услышала:
- Прости, я не хотел.
Он сказал это так невинно и чисто, что даже Анна прекратила рыдать, смотря на него своими глазами. Улыбнувшись, она протянула к нему руки, но Атлант покачал головой, горько сказав: