Не надо решать вселенских задач. Надо лишь хорошо выполнить собственную работу и вовремя внести свою лепту в общее дело. Главное, не опознать… Иначе все станет бессмысленным».
Лосев встал и снова подошел к окну. Как только задача упростилась до последнего броска под дула пока еще не видимых, но уже наведенных на него бластеров, он услышал шорох за своей спиной.
Глава 21
— Стоило мне на сутки тебя оставить, как ты оказался в тюрьме.
Тоненький хрипловатый голосок в глубине камеры показался Лосеву приятней любой музыки.
— Масек! Как ты сюда попал?
— По трещинкам. Помнишь, я тебе говорил о них? Они есть почти в каждом здании. Человеку по ним не пройти, а домовой почти везде пролезет.
Вид Масека свидетельствовал о том, что лезть ему было совсем не просто, его блестящая шерстка висела клочьями, а с мордочки свешивались длинные нити паутины. Лосев заметил едва заметное мерцание, коконом укрывавшее домового.
— Но ты же не хотел покидать Эннит.
— Конечно, не хотел, но когда понял, что ты попал в беду… Одним словом, я здесь, и хватит об этом. Попробую тебя вытащить. В конце концов, вытаскивать хозяев из тюрьмы — это главное предназначение домовых.
Но сначала нам придется дождаться ночи. Лишь ночью я смогу использовать всю свою силу, чтобы как следует все разнюхать, а пока спрячь меня, здесь полно следящей аппаратуры, а поддерживать невидимость слишком утомительно.
— Только я тебя вижу?
— Конечно. Иначе здесь бы уже давно была охрана.
— Что я могу предложить тебе? Здесь нет ничего, кроме топчана.
— Сойдет и топчан. — Угол одеяла слегка шевельнулся, когда Масек нырнул в свое укрытие.
— А как насчет подслушивающих устройств? Ты не боишься, что нас услышат?
— Это не имеет значения, мало ли о чем разговаривают сами с собой заключенные? Я прекрасно умею подделывать твой голос.
— Что-то я этого не слышу.
— Конечно, не слышишь, для тебя я использую другой звуковой диапазон. А если нужно, могу перейти и на прямую передачу мыслей.
— Я смотрю, ты здорово научился маскироваться, да и в науке поднаторел, смотри, какие термины знаешь!
Лосев сидел на топчане, уставившись на противоположную стену, и глупо улыбался. Он уже успел понять, что самым неприятным в искусственных мертвых мирах Гифрона было одиночество, и потому за никчемными, ничего не значащими словами прятал радость по поводу возвращения своего маленького друга. Ему казалось, что в холодной камере стало теплее.
— Хозяин, ты меня слушаешь?
— Слушаю.
— Выбираться из тюрьмы тебе придется самостоятельно. Здесь очень узкие трещины, мне их не расширить.
— Я думал, как устроить побег, пока тебя не было. Здесь полно датчиков и автоматических охранных устройств. Они открывают огонь на поражение по каждому, кто появится во дворе в неурочное время. Я так и не нашел способа пересечь тюремный двор, даже если удастся справиться с утренней охраной.
— Об этом не беспокойся. Сегодня ночью я составлю для тебя подробный план всех датчиков во дворе. Там должны быть оставлены проходы для охранников. Я их найду.
— Ты уверен, что шастать по двору для тебя безопасно?
Под топчаном раздалось хихиканье.
— Ты все время забываешь, с кем имеешь дело. Твоя задача — выбраться во двор, дальше все пойдет, как по маслу.
— Завтра, сразу после завтрака, меня вызовут на допрос. Возможно, это будет самый удобный момент. Они принимают меня за Гирова и не знают, с кем имеют дело. Я постараюсь этим воспользоваться.
— Еще до рассвета у тебя будет план всех безопасных проходов.
— А как быть с тобой? Ты присоединишься ко мне во время побега?
— Я уйду тем же путем, каким пришел сюда. Используй любой подходящий случай, чтобы вырваться отсюда, и не беспокойся обо мне. Позже я тебя найду.
— А что мы будем делать дальше? Если побег удастся, за мной сразу же начнется охота. Местная полиция работает вполне профессионально, и мне трудно будет ей противостоять, я слишком плохо знаю здешний город.
— Положись на меня. Как только оторвемся от преследователей, будем искать переходной канал, ведущий на настоящую Землю.