– Спасибо! – искренне сказал я. – Только этого мне не хватало… Но что же вы, в конце концов, решили?
– Да ничего мы толком не решили, – признался Джуффин. – Вернее, решили, что пока можно ничего не решать. Придержим эту козырную карту в рукаве, на будущее. В отсутствие Великого Магистра всеми делами в Ордене будут заправлять женщины Семилистника – негласно, разумеется. На такой вариант Сотофа согласна. А это значит, что в тайных подвалах Иафаха будет вершиться куда больше чудес, чем в последние десятилетия, а вот при Королевском Дворе постепенно начнут забывать, что такое настоящая интрига в духе минувшей эпохи. Сам понимаешь, меня это устраивает. О Короле и говорить не буду: он с детства мечтал, чтобы грозный Орден Семилистника превратился в некое подобие «канцелярии по делам чудес» – одну из многих Королевских канцелярий. И вот, похоже, сбылось – кто бы мог подумать!
– А если дела пойдут вразброд? – нерешительно спросил я. – В столицу станут возвращаться беглые Магистры, начнутся какие-нибудь беспорядки и все такое?
– Да нет, не думаю. Пока я сижу в своем кресле, желающих вернуться по пальцам можно пересчитать! – хмыкнул шеф. – Ну а если окажется, что я – плохой предсказатель… Вот тогда-то ты и извлечешь из своего рукава нашу козырную карту! – заключил он. – А теперь марш отсюда!
Мои брови изумленно поползли вверх: Джуффин еще никогда не выставлял меня из своей гостиной столь бесцеремонно.
– Тебя ждут дома, – усмехнулся он. – И если ты не объявишься там в ближайшие полчаса, беспорядки в столице начнутся уже этой ночью, причем зачинщиками станут мои собственные сотрудники.
– Отечество в опасности! – с пафосом провозгласил я. – Что ж вы мне сразу не сказали? Меняю летающий пузырь Буурахри на ваш амобилер!
Лабиринт Мёнина
Ничто не предвещало неприятностей. Бутерброды падали исключительно маслом вверх, дождь шел только в те дни, когда я выходил из дома в непромокаемых сапогах, на улице мне улыбались незнакомые девушки и их величественные мамаши (первые – многообещающе, вторые – снисходительно). А жизнь в Управлении Полного Порядка протекала согласно священному принципу «солдат спит, служба идет».
Главным «спящим солдатом» был я: мои ночные дежурства напоминали размеренное существование пожилого курортника, скучноватое, но приятное. Поэтому когда сэр Лонли-Локли пригласил меня поужинать в только что открывшемся трактире с интригующим названием «Уголья Хмиро», я с чистой совестью взвалил ответственность за судьбу Соединенного Королевства на нашего пернатого умника Куруша. В последнее время он поднял цены, теперь час отлучки обходится мне в целых три пирожных, но это меня не остановило.
Нынче вечером сэр Шурф производил впечатление человека, который всерьез вознамерился расслабиться. Даже его смертоносные перчатки отдыхали от дел в шкатулке, а большие сильные кисти рук, украшенные «маникюром» древних защитных рун, мирно покоились на столешнице.
– Я сегодня уезжаю, – деловито объяснил он, когда мы уютно устроились за маленьким овальным столиком в овальном же помещении, с горем пополам имитирующем особенности архитектуры Шиншийского Халифата.
Хозяева этого трактира обещали потчевать жителей столицы Соединенного Королевства исключительно шиншийской кухней; сэр Кофа Йох утверждал, что прежде никто еще не решался на такие эксперименты с желудками наших богачей, и настойчиво призывал окружающих поддержать сей смелый почин, не дать энтузиастам разориться. Мы с Лонли-Локли стали первыми жертвами его рекламной кампании. Прочие наши коллеги пока опасливо обходили «Уголья Хмиро» стороной. Это ведь только наивные обыватели полагают, будто в Тайном Сыске служат исключительно отчаянные храбрецы.
– Куда? И почему, собственно, без меня? Путешествовать надо в хорошей компании.
– Я еду один, поскольку для расправы с мертвецами, воскресшими на кладбище в Уттари, вполне достаточно моего присутствия, – он пожал плечами. – Это же служебная поездка, а не путешествие ради удовольствия!
– Тогда ладно, – рассеянно согласился я. Откровенно говоря, огорчение мое было любительской инсценировкой. Не так уж мне хотелось срываться с места и куда-то ехать. Да что там, совсем не хотелось. От добра добра не ищут, а я в те дни находился, можно сказать, в эпицентре этого самого «добра».
– До нас дошла информация, что на кладбище в Уттари бесчинствуют какие-то совершенно особенные покойники, – принялся рассказывать Шурф. – Они были колдунами в каком-то ином Мире, там же и умерли, а вернуться к жизни почему-то решили у нас под боком.
– Их можно понять – в смысле, покойников! – заметил я. – Этот Мир – великолепное местечко…
– …Под небом которого совершенно неуместно досадное присутствие полуразложившихся людоедов из чужого Мира! – строго возразил Лонли-Локли.
– Так они еще и людоеды? – огорчился я.
– По крайней мере, так утверждает начальник Тайного Сыска Уттари, – мой коллега пожал плечами. – Как обстоят дела в действительности, я пойму, когда окажусь на месте.
– И надолго ты туда?
– Пока не знаю. Было бы опрометчиво строить планы, не ознакомившись с обстоятельствами. Возможно, окажется, что это дело не для одного дня. Поэтому я позволил себе небольшое отступление от правил и предложил тебе отлучиться со службы для участия в этом ужине… Кстати, я собираюсь заказать суп «Тысяча Специй». И тебе рекомендую. Это – жемчужина шиншийской кухни, мастера которой славятся умелым обращением с пряностями.
– А что, специй действительно тысяча? – недоверчиво спросил я, попробовав ароматное варево. Суп показался мне вполне вкусным, довольно острым, но число «тысяча» вызывало у меня некоторое недоверие.
– Увы, нет, – печально вздохнул Лонли-Локли. – Я читал, что классический рецепт этого блюда предусматривает девятьсот восемьдесят семь специй. Полагаю, его название – дань совершенно необъяснимой человеческой привязанности к круглым числам. Но в супе, который мы едим, их гораздо меньше.
Он, как заправский дегустатор, посмаковал исследуемый состав и резюмировал:
– Всего восемьсот тридцать одна! Не могу понять почему, вроде бы повара выписали из Шиншийского Халифата… Наверное, он просто экономит на самых дорогих специях. Полагает, что в Соединенном Королевстве живут только грубые варвары, не способные уловить разницу.
– И жестоко заблуждается. По крайней мере ты у нас точно не варвар! Ты что, действительно на вкус определил, что специй именно восемьсот тридцать одна, а не восемьсот тридцать две, к примеру? – изумился я.
– Ну разумеется, на вкус, а как же еще? Мои вкусовые рецепторы, хвала Магистрам, достаточно чувствительны. Если бы у меня было немного больше свободного времени, я бы мог составить список недостающих специй и официально предъявить претензии хозяину этого заведения, но поскольку через полчаса я должен ехать… Придется заняться этим по возвращении.
Я мог только искренне посочувствовать горемычному ресторатору. Когда в твой кабинет вваливается грозный сэр Лонли-Локли, Мастер Пресекающий Ненужные Жизни, торжественно потрясая списком не попавших в суп специй и требуя немедленной сатисфакции… Ох, счастье все-таки, что я – не владелец трактира! По всему выходит, опасная это профессия.
Как бы то ни было, но я проводил этого потрясающего типа до амобилера, пожелал ему счастливого пути и напоследок безапелляционно заявил, что его священная обязанность вернуться как можно скорее. Дескать, без него мы все тут пропадем.
Грешные Магистры, я как в воду глядел!
Но тогда я и не подозревал, что мой безответственный треп является своего рода мрачным пророчеством. Помахал ему рукой и отправился на службу, предусмотрительно запасшись пирожными для Куруша. Его традиционное ворчание по поводу моего долгого отсутствия казалось мне единственной проблемой, заслуживающей внимания.