-Мне нужно одеться, - подтолкнула его к действию Света, все еще не поднимая на него взгляда.
-Конечно, - как-то заторможено кивнул он, и только тогда развернулся и скрылся за дверью ванной комнаты.
В ту же секунду Света вскочила с постели и начала спешно одеваться, не придавая значения очередности. Сперва надела платье, затем нашла на краю постели свое нижнее белье, а где-то в углу комнаты валялись и ее туфли. Наспех собравшись, она вылетела из квартиры и бросилась к лифту, пытаясь на ходу вызвать себе такси. Мимо консьержа и охраны прошла с опущенной головой, предполагая все то, что подумали о ней сотрудники. Такого откровенного стыда она не испытывала никогда.
Каждый шаг к выходу был для Светы как тяжелая гиря на душе. Она чувствовала, как красота всего произошедшего с Дамиром с каждым мгновением тускнела, оставляя лишь горькое послевкусие. Вспоминала его слова, которые звучали так холодно и отстраненно, как будто он говорил с ней не как с женщиной, а как с деловым партнером, оценивающим вложения.
Она вспомнила, как смеялась над его шутками, как ловила его взгляд, и вдруг это все казалось далеким, словно другой мир. Ей было стыдно. Стыдно за себя, за свою беззащитность, за то, что позволила увести себя в этот эмоциональный плен. Ощущение унижения заполнило ее до краев, каждая клеточка тела словно кричала о том, как она ошиблась.
Света зажала в руках телефон, отслеживая свое такси, и каждую секунду ожидания, которую она стояла на тротуаре, она чувствовала на себе взгляды редких прохожих и пассажиров, проезжающих мимо машин. Ей казалось, что все они смотрят на нее, все догадываются о том, что с ней произошло и, что все они ее осуждают.
Едва дождавшись такси, Света бросилась в салон, стараясь скрыться от посторонних взглядов. Слезы уже катились по щекам, но она не хотела, чтобы их кто-то видел. Внутри себя Света поклялась, что это был последний раз, когда она поддалась искушению. Ей больше не нужны были никакие чувства и никакие отношения.
Вернувшись в свою квартиру, она вдруг как будто бы нажала переключатель, который выключил ее эмоции. Где-то в груди жгло и тянуло, но разум протрезвел. Она совершенно спокойно разделась и направилась в ванную, где приняла душ, а потом долго стояла перед зеркалом, всматриваясь в свое отражение.
-Ничего, Света, ничего… - горько усмехнулась она, стирая с лица макияж. – Ты это переживешь. И не такое переживала.
Но пережить оказалось не так просто. И хотя умом она все понимала, и осознавала и старалась себя убедить в том, что не произошло ничего страшного, что-то внутри нее снова надломилось. Требовалось время, чтобы срастить новую, зияющую в груди, дыру. Всю ночь до самого утра она провела в полудреме. Едва засыпала, как что-то вытягивало ее из забытья. И утром, чувствуя себя полностью разбитой, она не придумала ничего лучше, чем зайти в hrlink и написать заявление на три дня отпуска без сохранения денежного содержания. Ей требовалось время, чтобы залечить рану, да и демонстрировать свое состояние на работе, где слухи разлетались с огромной скоростью, не хотелось.
Эти дни прошли словно в потустороннем мире, окутанном пеленой. В первый день Света много спала, словно ее организм таким образом старался избавить ее от душевной боли. На следующий день она вышла на прогулку, обошла весь район, затем доехала до Москворецкой набережной и долго бродила там, пока не устроилась на одной из лавочек, откуда открывался живописный вид. Ей не хотелось себя жалеть, не хотелось грустить, ей вообще ничего не хотелось.
Она сидела на лавочке, смотрела, как солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и пурпурного. Вокруг нее жизнь продолжала бурлить: люди спешили по своим делам, дети смеялись и играли, пары держались за руки, наслаждаясь моментом. Света чувствовала себя как будто в другой реальности — в той, где у всех есть смысл и цель, а у нее осталась лишь пустота.
Она обняла себя руками, как будто пытаясь согреть то, что стало холодным и недоступным. «Ничего, Света, ты справишься», — напоминала она себе, но слова больше не приносили успокоения. Внутри нее нарастала тревога, словно что-то важное ускользало и не поддавалось контролю.
У нее зазвонил телефон, и едва она, не глядя на экран, приняла вызов, в динамике раздался веселый голос Киры.
-Привет! Ты куда пропала? Два дня ни слуху, ни духу! Я же умираю от любопытства!
-Привет, Кир, - впервые за два дня Света слабо улыбнулась, услышав голос подруги. – Да как-то… Не знаю… Времени нет, - нашлась она.