Тишина. Эйвен Пирс молчал.
Молчала и Таисса, собираясь с силами. Ей всё яснее было, что это не иллюзия, наведённая Ваади. Каким-то образом её выбросило домой, и, пока ткань реальности вновь не сжалась, зашвыривая её обратно, ей нужно было проявить себя. Сказать отцу, что она жива.
Вот только у неё по-прежнему не было голоса. Не было тела. Не было ничего.
– Ты не получишь свою прежнюю Таиссу, – завершила девушка-проекция. – Есть только я. Не существует способа вернуть её. Несмотря на все ваши сказки о Великом Тёмном и слухах о якобы неопознанных воронках, – она изобразила в воздухе кавычки, – от некоей всемогущей внешней великой силы.
Эйвен Пирс покачал головой, внимательно глядя на лже-Таиссу.
– Не думаю, что существует настолько великая сила как таковая. Неизмеримо великой, во всяком случае, нет, иначе ей было бы слишком сложно не уничтожить весь мир и саму себя.
Отрешённая улыбка тронула его губы.
– Но ещё недавно, – произнёс он негромко, – Таисса сказала бы, что нет никаких великих сил. Есть только мы и то, что мы можем сделать.
Таисса задержала дыхание. Ох, как много она могла ему рассказать!
Из последних сил, на ослабевших ногах Таисса качнулась вперёд, но упёрлась в невидимую стену. Голос по-прежнему ей не повиновался: из груди вырвался лишь лёгкий хрип.
– Даже если мне и есть что рассказать, ты не узнаешь ничего, – жёстко сказала лже-Таисса. – Тебе достаточно знать, что я действительно твоя дочь. Я превратилась вот в это. И от этого тебе больнее, чем от чего бы то ни было, не так ли?
– Это не совсем так, – покачал головой Эйвен Пирс. – Боюсь тебя разочаровать, но смерть дочери огорчила бы меня куда больше.
Лже-Таисса с иронией глядела на него.
– Интересно, взял бы ты меня в дочери, увидев результаты тестов? Поняв, что я – это я? Хватило бы тебе сил меня убить?
Эйвен Пирс вновь покачал головой, не отрывая взгляда от лже-Таиссы.
– Не стоит бравировать этой темой. Мы можем продолжить этот разговор совсем в другом ключе.
Лже-Таисса внезапно усмехнулась.
– Ты так и не понял, что наш разговор давно закончен.
Она с силой развела руки в стороны. А в следующую секунду алый огонь расцветил небо.
Перед ошеломлённым взглядом Таиссы предстала тройка беспилотников. Далекие силуэты, крошечные треугольники, едва видимые на подлёте к зданию «Бионикс».
Все три выстрелили одновременно.
Таисса инстинктивно попыталась уклониться, зная, что её отец сделает то же самое. Но, уже видя, как огонь пожирает обстановку конференц-зала и летят в стороны осколки стёкол, осознала: уклониться невозможно. Перед ней были дискретные установки, стреляющие в сверхскорости. Такие же, как те, которые Таисса видела в параллельной реальности. Технический прогресс не стоял на месте.
…Вот только откуда у лже-Таиссы такие мощности?
В голове гудело. За окнами сверкали разряды: подбитые беспилотники обломками валились вниз. Запоздало поняв, что её бесплотная тень невредима, Таисса перевела заторможенный взгляд на оседающую каменную пыль, мимоходом изумившись, что выдержали перекрытия.
И почувствовала, как у неё останавливается сердце.
Нет. Этого не могло быть, потому что не могло быть никогда. Сначала безжизненно лежащий Вернон, теперь отец…
…Эйвен Пирс лежал неподвижно. По лицу струилась кровь, руки повисли, но он был ещё жив.
– Нет, – беззвучно произнесла Таисса. Это спектакль, наведённый Ваади, это чужое представление, чужая воля…
В ушах звенело, и Таисса не сразу осознала, что слышит чужой смех.
Вторая Таисса, выглядящая и говорящая как Таисса Пирс, появилась в поле зрения. Она была невредима: дрон проекции не пострадал.
– Результативная встреча, – проронила она. – Как я и говорила, Таисса Пирс не проигрывает.
От улыбки на её лице Таиссу бросило в дрожь. Лже-Таисса наклонилась к умирающему.
– Я сделаю так, что все будут ненавидеть твою дочь и дочь Мелиссы Пирс, – прошептала она. – Достойная месть.
Губы Эйвена Пирса шевельнулись.
– За… что?
Проекция лишь издевательски усмехнулась. И эта усмешка стала для Таиссы последним ударом, позволившим ей перейти черту.
– Она не я!
Резкий, хриплый, разрывающий уши крик Таиссы пробил невидимые стены, как промасленную бумагу.
Но глаза её отца уже погасли. Веки опустились.
Он её не услышал. И ушёл, думая и понимая, что его убила его же дочь.
– Нет, – выдавила Таисса. – Нет, не умирай, у тебя же есть система жизнеобеспечения, электроника…