– Которую я сейчас обесточу.
Таисса подняла голову и встретилась со своим собственным отражением.
– Как интересно, – заметила лже-Таисса. – Кто ты?
– Ты не я, – произнесла Таисса, почти не удивляясь, что её голос слышен. – Кем бы ты ни была, ты не я.
Проекция девушки, стоящая напротив неё, усмехнулась.
– У меня есть победа. У тебя, кем бы ты ни была, нет ничего.
Лже-Таисса наклонилась над Эйвеном Пирсом, частично проходя сквозь него, и Таисса с ужасом увидела, как дрон в центре проекции выплёскивает миниатюрный чип. А за ним ещё один.
– Всё, – констатировала самозванка, выпрямившись. – Смерть мозга через шесть минут. И единственная наследница. Угадай кто?
– Ты не… – начала Таисса.
И почувствовала, как её тянет назад такая знакомая сила. Сила формирующейся воронки.
Глаза Лже-Таиссы изумлённо расширились, но Таисса не глядела на неё. Она рванулась, безуспешно тянясь к безжизненному телу отца.
Но это было бесполезно. Её волокло, тащило назад с каждой секундой, и всё, на что её хватило, – прощальный взгляд на серебряные нити в таких родных волосах.
В следующую секунду темнота ударила Таиссу в лицо, вышибая её из конференц-зала, Нью-Йорка и Земли.
Глава 24
Таисса рухнула спиной на песок.
В висках гудело, и Таиссу трясло. Только что она видела… видела…
Таисса сделала глубокий вдох. Нет. Нет. У неё два варианта действий: начать рыдать или отложить это… немного на потом. Когда она узнала правду о Тьене, она могла позволить себе отчаяние, потому что была в безопасности. Сейчас – нет.
Отец бы её понял.
– Я очень тебя люблю, – прошептала Таисса. – Но сейчас мне нужно выбраться.
Таисса подняла взгляд, пытаясь понять, где находится.
Над ней раскинулось бесконечно высокое звёздное небо. Небольшие волны тихо накатывали на берег. Тропическая лагуна?
Таисса плавно села, отметив, что вполне владеет своим телом. Провела рукой по самому обычному земному песку. Здесь вполне можно было дышать, но у неё было чёткое ощущение, что она не дома. Не в реальном мире.
А ещё её пальцы окутывало тепло. Память о серебряном тумане, который наполнил её светом и заставил Принца Пустоты поверить ей. И это тепло… оно было нитью, связывающей её со Стражем. Вольно или невольно, но Вернон-Кай пытался защитить её. И, кажется, именно эта связь с повелителем сферы привела Таиссу сюда.
Таисса коснулась перстня, теплеющего на пальце. Перстня, подаренного Верноном, символизирующего их общее прошлое. Возможно ли, что именно перстень стал символом связи между ними? И где она сейчас? Это сон, насланный Ваади? Или видение вроде тех, что Великий Тёмный посылал ей в Храме? Её предок рисовал картинки, которым не суждено было исполниться, но мрачное настоящее Таиссы, увы, было реальным.
Таисса зажмурилась, давя слёзы. Нет. Не сейчас. Нельзя.
И тут она услышала далёкие голоса.
– …Наверное, – донёсся до Таиссы голос Дира. – Мне всегда было интересно, что ты сказала бы по этому поводу.
Таисса мгновенно вскочила, выбивая из-под босых пяток струйки песка. Дир!
Слабость тут же шатнула её в сторону: путешествие через воронку не прошло даром. Но Таисса с усилием выпрямилась, обвела взглядом пустынный берег – и увидела одинокий камень, у которого сидели…
…Двое.
Женская фигура восседала на плоском камне на берегу ночного моря. А рядом с ней устроился Дир, вытянув ноги на песке и устремив лицо в сторону невидимого горизонта.
Таисса остановилась. Если она каким-то образом попала в сон Дира, имела ли она право слышать чей-то интимный разговор?
Стоп. Она попала в сон Дира?
У Таиссы перехватило дыхание. Если нить, связывающая её со Стражем, помогла ей попасть в навязанные Ваади видения, то она сможет связаться со своими спутниками и вытащить их! Всех, не только Дира!
Они спасутся. Они смогут прийти в себя и даже вернуться домой.
И остановить лже-Таиссу, кем бы она ни была. Потому что, если эта девушка продолжит делать то, что она делает, война неизбежна.
В следующий миг Дир заговорил снова.
– Море, – произнёс он. – Мне так хорошо у моря. Я мог сидеть у берега часами и удивляться, когда мне предлагали уйти куда-то ещё. Зачем? Я уже здесь.
Он помолчал.
– Должно быть, море – самый ясный след вечности.
Пальцы женщины коснулись светлых волос Дира. Таисса не видела её лица, лишь то, что волосы, убранные наверх, тоже были светлыми и, судя по рукам, женщина была намного старше их двоих. На двадцать лет? На тридцать?