– Проявила свою обычную феноменальную догадливость, я понял, – отмахнулся Вернон-Кай. – Знакомая история.
Таисса вздохнула.
– Кажется, я стала понимать тебя немного лучше, – обречённо сказала она. – Возможно, затем я и попала сюда.
– Ты попала сюда, потому что захотела занять моё место, – жёстко отрезал Принц Пустоты. – И по уму, здесь ты и должна остаться.
– Раз такой хороший план сбросить меня на дно сферы не сработал, – в тон ему ответила Таисса. – Кстати, ты знал, что я не погибну?
Вернон-Кай пожал плечами.
– Знал, – спокойно сказала Таисса. – А что я найду это место?
– В компании твоего святоши-Светлого? Даже сомнений не было. – Вернон фыркнул. – Дай ему волю, он основал бы здесь монастырь.
– Кстати, что ты сказал Диру?
Вернон поморщился.
– Ничего. Его здесь нет.
Глаза Таиссы расширились.
– Как? Мы же попали сюда вместе!
Взгляд Принца Пустоты оставался безразличным.
– Я не знаю. Возможно, его не пропустило сюда. Твой Дир, в отличие от тебя, не настолько сошёл с ума, чтобы захотеть стать мной.
– И я его понимаю, – пробормотала Таисса. – А Лара? Что с ней?
– Её идея с ракетами хороша, – невозмутимо сказал Вернон-Кай. – Слишком хороша. Светлая действительно может её воплотить. Сама понимаешь, что в этом случае я убью её.
– Я… попытаюсь её отговорить, – севшим голосом сказала Таисса.
– Угу. Уверен, у тебя прекрасно получится.
Жажда раздирала горло, и Таисса всё-таки закашлялась.
– Тебе пора выбираться отсюда, – сухо сказал её собеседник. – Хотела занять моё место? Вот твой шанс.
– Так это всё-таки возможно?
Вернон-Кай усмехнулся.
– Со дна не возвращаются, что правда, то правда. Проигравшие уж точно. Но если они становятся победителями…
Призрак меча вдруг появился в её руках. Таисса ошеломлённо уставилась на такую знакомую рукоятку. Совсем недавно меч был у Лары, но сейчас…
– Финальный шаг, – констатировал Вернон-Кай спокойно. – Последнее испытание. Побеждает сильнейший. Убьёшь меня сейчас – станешь Стражем, и сфера твоя.
Таисса отшвырнула меч мгновенно, словно он жёг ей руки.
– Нет.
Вернон проводил падающий меч задумчивым взглядом. Призрачный силуэт клинка коснулся камней бесшумно.
– Надо же, – проронил он. – И с чего такое миролюбие, Таисса-щепетильность?
Таисса сглотнула, пытаясь восстановить влагу в пересохшем рту.
– Мы с Тьеном схватились когда-то… ради сферы, – хрипло сказала она. – И я… я не знаю, что случилось бы, если бы была драка по-настоящему. Я безумно благодарна будущей себе, что она научила Тьена выбить у меня из рук катану сразу же. Даже если это и привело к тому, что сферу не получил ни один из нас. И… – Таисса грустно улыбнулась, – я не смогла достать сферу для тебя, чтобы ты получил заветные тридцать лет. Но сейчас тебе это и не нужно, не так ли?
Вернон молча смотрел на неё. Не-Вернон и не-Кай одновременно. Не только Вернон и не только Кай.
…А меж тем время в её мире вращалось в десятки раз быстрее, и каждая минута грозила превратиться в часы. Но об этом Таисса заставляла себя не думать.
Таисса сделала глубокий вдох. И кинулась в пропасть.
– Всё, что я сказала тебе, пока ты не снял капюшон, – правда, – произнесла она. – Если ты готов не переходить грань, я не отказываюсь от своих слов.
Она подняла руку и протянула её Принцу Пустоты.
– Если я не нужна тебе, скажи мне об этом. Но, раз ты говорил со мной так долго… я хочу продолжить разговор. Если ты хочешь этого.
Вернон-Кай оценивающе посмотрел на её руку. Что-то промелькнуло в его взгляде.
– «Мы», – пробормотал он. – Глупость наивной девчонки. И моя, вероятно. Это не…
– Что?
– Ничего.
Он покачал головой и шагнул назад. Его лицо враз изменилось, став жёстче, чем когда-либо.
– Нет смысла, – произнёс он. – Бросив меч, ты проиграла и остаёшься здесь. Увы. – Холодная усмешка. – Раз уж ты зашла так далеко, тебя опасно оставлять в живых. Конкурент на роль Стража мне не нужен. Игра завершена, Таисса Пирс. Посидеть с тобой, пока ты не умрёшь от жажды?
Таисса ошеломлённо смотрела на него.
Тьма вокруг них, казалось, сгустилась ещё сильнее. Золотистый плащ Принца Пустоты оставался единственным источником света.
И вот-вот он исчезнет, оставив её в темноте. В одиночестве.
Таиссе безумно захотелось броситься к нему. Кинуться на шею и просить, умолять, чтобы он забрал её с собой на любых условиях.
Она сама не знала, что её останавливало. Гордость? Чувство, что это будет уже не она? Ощущение, что есть что-то куда важнее?