Лара плакала. Беззвучно: слёзы в тишине струились по её щекам. Такой беззащитной Таисса не видела её никогда.
– Ты жив, – почти беззвучно сказала Лара. – Ты всё-таки жив. Я не верила до последнего.
– Лара, девочка, мне очень жаль, – взгляд Майлза-Александра смягчился, потеплел. – Я знаю, что тебе было тяжело. Кстати, где моё тело?
– Мы думали о крио, но я проголосовала за обычную систему жизнеобеспечения, – севшим, почти хриплым голосом сказала Лара. – С виду ты просто… спишь.
Александр-Майлз поморщился.
– Сон – это мягко сказано. – Он с отвращением посмотрел на свои руки. – Это даже не кошмар, это что-то другое. Словно тонешь каждую секунду.
– Каково это? – спросила Таисса.
– Если кратко, это не тот эксперимент, который я хотел бы поставить на себе, – сухо ответил Александр голосом Майлза Лютера. – Ничего информативного здесь нет. Никаких видений, никаких образов. Я просто пытался выжить под толщей импульсов в мозгу этого Тёмного. – Александр поморщился, оглядывая свой костюм. – Подсознательно, конечно. Интеллектуальной работы мысли я не помню. Не думаю, что у меня вообще был доступ к собственной личности.
– Как можно думать без мозга? – вырвалось у Таиссы.
– Как можно мгновенно перемещаться из одного места в другое? – парировал Александр. – Казалось бы, это тоже невозможно: закон сохранения энергии ещё никто не отменял. Но мы здесь.
Таисса покосилась на Дира. Прошло уже несколько минут, а он не торопился вмешиваться. Дальше терять время было нельзя.
– Мы хотим сделать так, чтобы время здесь текло с той же скоростью, что и время дома, – решительно произнесла Таисса. – Один из местных, Ваади, пообещал проводить Майлза туда, где он сможет изменить поток времени сферы. Загвоздка в том, что Майлз не знает, что делать, когда мы окажемся на месте. Ты знаешь. Помоги нам. Пожалуйста. Мы должны вернуться в своё настоящее. – Таисса сделала расчётливую паузу. – Тебе же хочется пробраться к Тьену, пока он ещё ребёнок, не так ли?
– Хорошо манипулируешь, – пробормотала Лара. – Но неудачно. Александр на это не купится.
– Весьма удачно, Лара, ты ошибаешься, – сухо сказал Александр. – Я действительно хочу вам помочь. Но бесплатно я этого делать не собираюсь.
Таисса уставилась на него.
– Бесплатно?! Ты хочешь попасть домой так же сильно, как и мы!
– Чем дольше я остаюсь погребённым в сознании Лютера, тем меньше у меня шансов вернуться домой в целости и сохранности, – последовал холодный ответ. – Лютеру короткая кома не повредит, а моей бестелесной личности – да, и очень.
Майлз-Александр скрестил руки на груди. Точно так же, как настоящий Майлз совсем недавно.
– Я помогу вам лишь в том случае, если останусь в этом теле.
Таисса вздохнула. Ну разумеется. Кто бы сомневался.
– Мы выторговали у Майлза только полчаса, – проронил Дир. – Александр, ты не получишь больше.
Сухая усмешка Александра была ответом.
– Я считаю иначе.
Таисса мысленно застонала, глядя на безразличный холод в серых глазах Майлза Лютера. Выражение, которое ясно говорило ей: сдаваться её дед не собирается.
Майлз разрешил Александру говорить что угодно, значит, нанораствор не накажет Александра, пока длится разрешённое время. Но потом… Мог ли Дир заставить Александра уйти? Сможет ли Александр терпеть невыносимое давление нанораствора? И было ли у них право отпустить Александра и остаться без ответов и без надежды?
– Александр прав, – резко сказала Лара. – Ему стоит остаться. Лютерам я не доверяю. Дир, ты помнишь, что Майлз Лютер устроил в своём замке?
– Он изменился под нанораствором… – начала Таисса.
Лара развернулась к ней.
– Твой Лютер освободился от нанораствора! А чёртов Принц Пустоты – его сын! Забыла, Пирс? Или сладенькое личико Вернона Лютера застлало тебе мысли?
– Александр сорвал переговоры в Кобэ и поставил под удар весь мир, – произнёс Дир. Негромко, но Лара тут же замолчала. – Помнишь, кто ему помог?
– Это сейчас неважно!
– Это важно, Лара, – Дир всё ещё не повышал голоса. – Мы сообща приняли решение. Майлз должен вернуться.
Двое Светлых, такие похожие, смотрели друг на друга. В лице Лары мелькнуло раздражение.
– Это бессмысленная глупость.
– Глупость или нет, – спокойно сказал Дир, – но из этой комнаты Александр не выйдет.
– Значит, вы вернётесь через пятнадцать лет, а не через пару месяцев. – Александр пожал плечами. – У меня нет никого, кто скучал бы по мне все эти годы.
– Есть.
Элен, очень бледная, стояла у входа в веранду. Именно Элен Пирс, а не наёмница Омега: в этот раз капюшон не скрывал её лица.