В саркофаг. Таисса зябко поёжилась. Но Вернон хотя бы будет жить.
– Что до подводных камней, я не знаю. – Александр пожал плечами. – Могут быть побочные эффекты, о которых я не имею ни малейшего понятия. На вашем месте я в каждый момент ожидал бы худшего.
– Потрясающе, – пробормотала Лара.
– И именно поэтому, – голос Александра стал резче, – с вами должен пойти я.
– Ты больше не всевидящий разум, так что этот аргумент не пройдёт. – Дир покачал головой. – И твои полчаса заканчиваются. Ответь на первый вопрос, пожалуйста. Что Майлз должен сделать, чтобы синхронизировать время в сфере и у нас дома?
Тишина, последовавшая за этими словами, была такой же наэлектризованной, как потрескавшийся баннер на стене. Взгляд серых глаз Александра-Майлза не отрывался от лица Элен.
– Оставьте нас, – внезапно сказал Александр.
– Вот уж нет, – мгновенно возразила Лара. – Я никуда не уйду. Мы ещё не договорили о твоём эксперименте! Шестьдесят детей?!
– Нет времени, – коротко сказал Дир. – Дай им поговорить.
Таисса перевела вопросительный взгляд на Элен. Оставить их наедине, когда она едва держится на ногах?
Элен наклонила голову вбок, глядя на Майлза-Александра. Она по-прежнему была очень бледна, но что-то изменилось в её взгляде.
– Да, – негромко сказала она. – Дайте нам поговорить.
Лара с делано безразличным видом направилась к выходу.
– Что ж, как хотите, – бросила она. – Мне не терпится зарядить очередную порцию ракет.
Александр поморщился.
– Рано, Лара. Страж не настолько наивен или глуп, чтобы вестись на грубую силу. А если он увидит, что другого выхода нет, то сбросит тело Вернона Лютера, и это не пойдёт на пользу никому из нас. Не торопись.
Лара хмуро взглянула на него, но за этой мрачностью была почти мольба.
– Ты ведь уйдёшь, – произнесла Лара с горечью. – Эта твоя Элен из сказки, вернувшаяся из прошлого… Она уговорит тебя, ты уйдёшь и не вернёшься.
«И я снова тебя потеряю», – повисли в воздухе недоговорённые слова.
Александр-Майлз покачал головой.
– Давно прошло время, когда я ставил свои чувства выше дела, Лара. Да его никогда и не было.
– Было, – возразила Таисса. – Не могло не быть. Иначе ты не закрыл бы Элен собой когда-то.
Она кивнула на руки Майлза. Ухоженные и целые, но Таисса помнила, как кисти Александра выглядели на самом деле.
Лара дёрнула головой и быстро вышла.
Дир коснулся плеча Таиссы.
– Идём, принцесса.
– Вы… точно не убьёте друг друга? – охрипшим голосом спросила Таисса, глядя на Майлза и Омегу. – Я знаю, что на моих глазах вы этого делать не будете, поэтому я не хотела бы уходить.
– Посмотрим.
Два одинаковых ответа прозвучали одновременно. Элен и Александр-Майлз коротко усмехнулись друг другу.
– Шуточки у вас, – устало сказала Таисса. Но на душе всё же стало легче.
– Таис, – позвал Дир, выпустив её плечо.
Таисса вздохнула и неохотно шагнула вслед за Диром.
У самого выхода ей ужасно захотелось обернуться. Остаться. Услышать, о чём будут говорить Элен и Александр. Человеческий оригинал Найт и главный враг всех Тёмных, неожиданно получивший тело их бывшего короля.
Но Таисса не обернулась.
Глава 17
Когда они почти миновали коридор, Дир остановился.
– Смотри, – произнёс он, указывая Таиссе на круговой ряд символов, обрамляющий потрескавшееся солнце. Совсем мелкий, Таисса едва ли заметила бы эти пиктограммы сама.
– Что?
– Это напоминает мне пиктограммы, которые мы видели в Храме. – Дир осторожно коснулся рисунка, счищая грязь. – Я бы даже рискнул сказать, что вижу тот же диалект.
Таисса моргнула.
– Хочешь сказать, что на стройке нашего Храма подрабатывали инопланетяне?
– Хочу сказать, что мы очень похожи. – Пальцы Дира медленно прошлись по символам, словно рука трёхлетнего ребёнка, читающего по складам. – Изменение восприятия – то, что делает с нами сфера, – не могло бы работать, если бы наши разумы не пересекались. Общие понятия. Время, власть, дружба, вражда, сделка, жизнь… смерть.
– Любовь, – тихо сказала Таисса.
– Думаешь?
Таисса вопросительно посмотрела на него.
– Это сложное понятие, – произнёс Дир негромко. – Допустим, нахождение рядом с кем-то доставляет тебе удовольствие. Это любовь?
– Если очень грубо, то да, – подумав, сказала Таисса.
Дир тихо засмеялся.
– Пожалуй, тогда есть определение, которое подходит всем.
Они долго смотрели друг другу в глаза. Таисса медленно протянула руку, и пальцы Дира сплелись с её пальцами. Невидимая искра пробежала между ними, и вдруг всё, о чём говорили сейчас Александр и Элен, и всё, что происходило сейчас в большом мире, сделалось неважно. Мир сузился до них двоих.