Она грустно улыбнулась.
– Возможно, это тебе пришлось бы уговаривать меня прийти в себя и быть добрее. И даже прибегать к милосердию по праздникам.
– Вот уж вряд ли, – пробормотал Дир.
Тёмные глаза Таиссы скрестились со взглядом серых глаз Стража.
– Вернись с нами, пожалуйста. Просто… шагни к нам. Выбери свободу.
Принц Пустоты долго смотрел на неё.
Наконец он устало вздохнул, на миг сделавшись прежним Верноном
– Пирс, ты серьёзно видишь здесь счастливый конец? Что я скажу «да», мы обнимемся, выпрыгнем через волшебную воронку прямо в Австралию и будем жить долго и счастливо? С кем именно, позволь спросить? Ты вообще понимаешь, с кем ты сейчас разговариваешь?
– С тобой, – просто сказала Таисса.
– И я, – подчеркнул это слово Вернон-Кай, – говорю тебе «нет».
Всё.
Таисса перевела спокойный и уверенный взгляд на Дира, внимательно наблюдающего за ней и за теплеющим перстнем на её пальце.
И поняла, что Дир понял.
Таисса вскинула голову.
– Дир, беги, – отчётливо произнесла она, резко касаясь кольца.
Сигнальная вспышка ослепила её. Резкий визг сирены, вылетевший из невидимого динамика, заложил уши. Но Таисса успела увидеть, как Дир подхватывает Лару – и как яркий свет серебряным блеском отражается на лезвии меча.
Ровно до секунду до того, как Таисса, полуоглушённая и почти ослеплённая, упала на пол с заломленной за спину рукой.
– Так что я там говорил о кошмарах в саркофаге? – раздался ледяной голос Вернона над ухом. – Похоже, самое интересное только начинается.
Глава 19
За окном снова шёл дождь.
Глядя в глянцевое чёрное стекло, Таисса подумала, как здорово было бы, если бы всё оказалось иллюзией. Чёрный наряд на невесомых бретелях, ниспадающий до самых каблуков, серебряная нить-молния, бегущая по бедру, чёрный матовый пол и неяркие светильники – как хорошо, если бы они оказались лишь виртуальной симуляцией. Если бы саркофаг сменился обычным силовым коконом и Таисса открыла бы глаза где-нибудь в лабораториях Александра.
– Я не привыкну, – прошептала Таисса. – Я никогда не привыкну.
Но она уже начала привыкать. И это пугало её больше всего.
Таисса вздохнула и ступила на приготовленную платформу.
И ахнула, когда та взлетела скоростным лифтом, за считаные секунды вознося Таиссу до самой крыши замка.
В зимний сад.
Точнее, в сад безвременья. Времён года в сфере не существовало.
Чёрная листва покрывала неподвижные деревья. Окна с чёрным отливом пропускали рассеянный свет, и странные светящиеся фрукты качались на угольно-чёрных ветках, словно охряные лампы в вечернем полумраке. Молнии по-прежнему сверкали в небе, отражаясь в зеркальном полу, но вспышки беззвучно гасли в сумеречном зале.
А вдалеке звучала арфа. Задумчивый перебор струн напоминал Таиссе гитару, но струны звучали… старше. Играют ли арфы на других планетах? Сидел ли Кай у костра, перебирая струны?
Таисса неуверенно шагнула вперёд, в сторону накрытого стола, уставленного куполами блюд. И тут арфа смолкла.
– Вернон? – позвала Таисса.
Послышались небрежные шаги.
– Какой же злодей не любит хорошей музыки, – заметил Вернон, заходя в столовую. – Помнишь свою полуночную игру на рояле, Пирс?
В апартаментах Вернона. В ту далёкую ночь, когда он был главой «Бионикс», а ей было некуда идти. Так давно.
– Я помню нашу переписку с Л., – произнесла Таисса.
Вернон-Кай хмыкнул.
– Забавная бы переписка у нас вышла сейчас. Вернуть тебя домой и пересылать тебе через воронку записочки? Бьюсь об заклад, тебе бы понравилось.
– А это возможно?
– Нет. Но вышло бы неплохо, согласись.
Не глядя на неё, Вернон прошёл к окну.
– Странное чувство, когда тебе некому писать, – произнёс он, стоя спиной к Таиссе. – Я даже отказался от переписки с Су Ли. Помнишь мою няню? «Это ради неё самой и ради её безопасности», – твердил я себе. Столько дурацких жертв ради Тёмных, ради Таиссы Пирс, ради хрупкого мира и бессмысленной дипломатии… – Короткий смешок. – Вот интересно, делал ли я в последнее время хоть что-нибудь ради себя самого?
– Выбирал для меня платья? – рискнула Таисса.
– Ну разве что.
Лёгкий ветерок прошёл по зимнему саду, и вокруг Таиссы зашуршала листва.
– Это сад из твоего дома? – спросила Таисса и поправилась: – С твоей планеты?
– Скажем так: это последние деревья в сфере. – Вернон обернулся к ней. – Что ты собиралась сажать? Вишнёвые сады?