В глубине души я вовсе не такой злодей, каким кажусь, поэтому не испытал никакого жестокого разочарования. Если сэр Джуффин Халли считает эту дрянь восхитительным деликатесом, что ж, тем лучше…
– Отлично! – Улыбнулся я. – Тем больше у меня шансов уйти живым из лап знаменитого Кеттарийского Охотника!
– Ну, на твоем месте я бы не стал ни прибедняться, ни особенно надеяться, в то же время… Кстати, разве Махи тебе не говорил, что надежда – глупое чувство?
– Так вы все-таки были рядом, Джуффин? – С восторгом спросил я. – Так и знал, честное слово!
– Не говори ерунду, Макс. Я был здесь, в Ехо, и занимался куда более важными делами, чем… – Но улыбка сэра Джуффина Халли была такой лукавой!
– Когда в следующий раз будете созерцать мои сногсшибательные приключения, не сочтите за труд немного поаплодировать моим скромным победам. Пустячок, а приятно… Ладно? – И я с огромным удовольствием продемонстрировал Джуффину их знаменитый кеттарийский жест, два коротких удара по носу указательным пальцем правой руки. Длительная практика, кажется, пошла мне на пользу: я сделал это почти машинально.
– Ну просто чудо какое-то! – Вздохнул Джуффин. – Иногда, Макс, ты способен меня расстрогать, честное слово!… Ладно, теперь тебе предстоит чашечка камры с Меламори, чем она хуже прочих?! Сэр Кофа сграбастает тебя ночью, тут можно не сомневаться, а Луукфи непременно навестит на закате, как только пожелает хорошей ночи буривухам, перед тем, как отправиться домой… Тебе нравится такой напряженный график работы? Не лопнешь?
– Лопну, наверное… А вы, Джуффин? С вас уже хватит?
– Вполне… Я вообще собираюсь домой. Делайте, что хотите, я так устал за последние дни… Вот только заеду в Холоми, один из тамошних долгожителей недавно вознамерился удрать, представляешь? Теперь ребята пытаются отскрести его останки со стен камеры, а я обязан при этом присутствовать, поскольку кому-то там кажется, что дело серьезное… Тоже мне «серьезное дело»! – Джуффин комично пожал плечами и поднялся с кресла, в которое я тут же нахально плюхнулся.
Дальше все происходило в строгом соответствии с расписанием, составленным сэром Джуффином Халли. Была даже чашечка камры в обществе Меламори, на которую я, признаться, не так уж и рассчитывал. Но мы болтали, как добрые друзья, что правда, то правда.
И вообще, моя жизнь приходила в порядок, в какое-то подобие порядка, а на большее я и рассчитывать не смел…
Дня три я посвятил тому, чтобы окончательно убедиться, что никто из моих коллег действительно не любит сигары. Только леди Меламори мужественно осилила одну, но это была чистой воды бравада: на ее лице не было ни следа удовольствия, одно натужное упрямство! Я засунул коробку в ящик стола. У меня оставалась смутная надежда: вот выздоровеет генерал Бубута! Черт, должен же он хоть на что-то сгодиться, этот грозный дядя?! А с сигарой в зубах он будет чудо как хорош!… Более тяжелых забот у меня, хвала Магистрам, не намечалось.
– Ты еще не затосковал без чудес? – Невинно спросил сэр Джуффин Халли, день этак на четвертый после моего возвращения.
– Нет! – Решительно сказал я. И тут же с любопытством спросил: – А что случилось?
– Чудеса затосковали без тебя! – Ухмыльнулся Джуффин. – В общем, я только собирался поинтересоваться: не составишь ли ты мне компанию? Думаю навестить Мабу…
– И вы еще спрашиваете! – Я расплылся в блаженной улыбке.
На этот раз сэр Маба Калох встретил нас в холле.
– Думаю, сегодня мы можем посидеть в другой комнате. – Невинно заметил он. – Вы же не против некоторого разнообразия?
Немного поплутав по коридору (у меня создалось впечатление, что сэр Маба сам не слишком-то хорошо представлял, какая дверь ведет в ту самую «другую комнату»), мы наконец удобно устроились в небольшом помещении, больше походившем на спальню, чем на гостиную, правда никакой кровати я там не заметил.
– Махи балует тебя, Макс! – Весело сообщил наш гостеприимный хозяин, извлекая из-под маленького столика поднос с какой-то странной посудой. – Он обеспечил тебя этими проклятыми курительными палочками чуть ли не на всю оставшуюся жизнь. Ты же, наверное, совсем перестал заниматься…
– Ну почему! – Улыбнулся я. – Такой отличный способ экономить на еде! Никаких покупок, просто засовываю руку куда-нибудь – и готово! Не один вы любите деньги! Знаете, какой я жадный?
– Будем надеяться… – Вздохнул сэр Маба. – Это правда, Джуффин?
– Еще бы! – Расхохотался Джуффин. – Знаешь, что он иногда добывает? Какие-то странные маленькие колбаски, спрятанные внутри здоровенной булки. Гадость жуткая, а он ест!
– Всю жизнь обожал хот-доги, – я уже устал спорить на эту тему, – последствия голодной юности, и все такое… Сами-то хороши! Этот ваш кеттарийский «деликатес»…
– С вами все ясно, ребята! – Улыбнулся сэр Маба. – Как вы иногда похожи, с ума сойти можно!… Знаешь, Макс, Джуффин считает, что ты раскусил нашу с ним маленькую уловку, так что… Одним словом, сейчас тебе предстоит немного на нас обидеться…
– Ни за что! – Решительно сказал я. – Делать мне больше нечего, обижаться! Я уже привык ко всякого рода издевательствам, так что не переживайте!
Сэр Маба, тем временем, встал с места и подошел к окну.
– Да мы и не переживаем… Иди сюда!
Я подошел к окну и обмер. Оно выходило не в сад, а на хорошо знакомую мне улицу. Я ошеломленно уставился на желтые камни мостовой, потом поднял глаза. Маленький фонтанчик весело звенел, пуская в небо разноцветные струйки.
– Высокая улица? – Хрипло спросил я. – Это Кеттари?
– Ну, по крайней мере, не окраины графства Вук! – Сэр Джуффин вовсю веселился за моей спиной.
– Только не рассказывай об этом окошке своему дружку, старому Махи. Ладно? – Подмигнул мне сэр Маба Калох. – Впрочем, он может быть спокоен: грозный Джуффин не собирается вылезать через форточку… – И сэр Маба легонько стукнул себя по носу указательным пальцем правой руки, раз, другой… Два хороших человека действительно всегда могут договориться, что правда, то правда!