— Все это вранье, чистейшая выдумка! — говорил Сёдзо.— Утверждение, что они занимались нелегальной агитацией, похоже на анекдот. Ты знаешь, что на самом деле было? Сначала они собирались дома у господина X. Обменивались мнениями по различным вопросам современности. Спорили о прочитанных книгах. Дом господина X находится в Мэдзиро, вечером туда трудно добираться, и вот они решили перенести встречи в один из домов на Канда. Собирались там совершенно открыто, у всех на виду. Очень похоже на нелегальную деятельность, не правда ли? Это был типичный кружок ученых, занятых специальными исследованиями, не больше. Да и эти встречи они решили временно прекратить, ведь положение в стране осложнилось. По этому поводу устроили нечто вроде прощального товарищеского ужина с традиционным сукияки. И вот прямо с ужина всех их вместе со стариком мясником, доставившим заказанную говядину, забрали и бросили в тюрьму. Согласись, что даже для нашей охранки это уже слишком...
— Короче говоря, всю эту братию за якобы крамольные речи будут теперь держать за решеткой, пока война не кончится,— заметил Ода.
— Да. И скорее всего, это еще только начало,— сказал Сёдзо.
Уписывая бутерброды, приготовленные Одой, и запивая их кофе, которое на этот раз Сёдзо варил сам, он развернул газету «Асахи», взяв ее с лабораторного стола, заменявшего Оде и обеденный и письменный. Привычка читать за едой сохранилась у него со студенческих лет. На полосе, отведенной новостям дня, ему бросился в глаза большой портрет. Это была фотография Тацуэ. Под крупным заголовком в заметке сообщалось, что в ближайшее время в Италию отправится культурная делегация во главе с графом Умэдзоно, Граф едет без жены. Заместителя главы делегации Кунихико Инао будет сопровождать его молодая супруга. Ее молодость, красота и прекрасное знание иностранных языков, несомненно, будут способствовать успеху важного международного визита. Написано все это было в очень высокопарном стиле.
Поставив чашку на стол, Сёдзо горько усмехнулся. Господин и госпожа Инао в роли членов культурной делегации— не смешно ли? И вообще вся затея с делегацией просто комедия, одна из тех, которые не сходят со сцены общественной жизни с начала так называемого всестороннего японо-германского и японо-итальянского сотрудничества. Все буквально помешались на Гитлере и Муссолини. Это было и смешно и печально. А рядом с этой заметкой была напечатана очередная статья о деле арестованных профессоров Токийского университета. Сёдзо не стал ее читать. Под этой колонкой шло продолжение заметки о культурной делегации и, в частности, сообщалось, что госпожа Инао едет не в обычном кимоно, а в великолепном наряде из театрального гардероба Но.
— Есть там что-нибудь интересное? Я тоже сегодня еще не просматривал газет,— сказал Ода, держа чашку кофе у рта и заглядывая в газету.
— В Италию отправляется культурная делегация.
— Ого! Ну, если в ее состав включили такую красавицу, это уже неплохо!
По свойственной ему рассеянности Ода даже не обратил внимания, что эта красавица и есть та самая Тацуэ, с которой его когда-то познакомили. Он только сказал, что такие заметки по крайней мере веселее военных статей, заполняющих теперь газетные страницы.
— И то и другое читать противно.— Сёдзо отшвырнул газету. Говорить Оде, что в газете напечатана фотография Тацуэ, ему не хотелось и он спросил приятеля:
— Кстати, а как у тебя дела с новым назначением?
— Вчера меня опять вызывали в министерство. Стоит мне дать согласие — и вопрос будет решен.